Граф о’Манн

Всем присутствующим, вне зависимости от положения и статуса, будут разосланы пригласительные письма, — обратился Карл, равномерно распределяя громкость голоса между обеими сторонами.

Буржуа успокоились. Аристократы удовлетворились. Хрупкий мир был восстановлен.

Я потерял сознание. Быстро, будто перегоревшая лампочка, взорвавшаяся в гостиной.

***

Следующие несколько дней я старательно приходил в себя. Ну как, старательно. Переворачивался на другой бок, каждые несколько часов, практически не поднимался с постели, выплывая из нахлынувших снов.

— Разговоры потом! — настаивала кузина, пресекая всякие попытки растечься в комплиментах. — Одетта, уходим. Господину требуется отдых. Пойдемте ко мне, выпьем чаю.

Провожая соблазнительные фигурки, скрывавшиеся за дверью, меня брала обида, что мне чай с Адой пить не доводилось, в то время как горничная в ее покоях чуть ли не прописалась.

А что мне еще думать, если с последней нашей ночи, перед магическими тренировками, у нас ни разу не было интимной обстановки? Одетта меня избегала, прикрываясь тем, что мне необходимо восстановиться. Однако я чувствовал, что дело не только в этом. Каждый раз она уводила взгляд и смыкала губы, будто пытаясь не выпустить слова, невольно вырывавшиеся из ее уст.

Женщины! Кто знает, что у них на уме… Голова шла кругом, стоило хоть немного напрячься.

Иногда заходил Штрудель. Нет, не для того, чтобы меня проведать. Он требовал новую порцию мороженого за свою преданность.

Я отсылал мальчишку к дворецкому и приказал сообщить, что дожидаюсь Себастьяна в покоях.

Спустя время он приходил.

— Что изволите, господин? — спросил тот, прикрывая дверь.

— Будьте добры, Себастьян, сообщите о положении дел в графстве.

Следовал короткий доклад, вызывавший во мне длинный зевок, до тех пор, пока мы не доходили до финансовой составляющей.

— Благодаря дуэли нам удалось собрать хорошую сумму. Они в некоторой степени компенсируют убытки с земель графства, и смогут обеспечить существование еще на ближайшие полгода.

— То есть, мы отсрочили голодную смерть? — усмехнулся, пытаясь приподняться на локтях.

Тело до сих пор зверски ныло, отдаваясь болью. Последствия дуэлей всегда тяжелы, но мой случай был особенным: первый поединок, да еще и с таким сильным противником, как граф Хуго.