Тысячелетний воин Ярополк

Невысокая, с редкими веснушками, слегка вздёрнутым носом и голубыми глазами, она всё время краснела от стыда, натягивая футболку как можно ниже и избегая глядеть в мою сторону. Я тоже боялся обернуться, сидя на переднем месте. При этом ломал голову и пытался угадать, что происходит. Таких совпадений не бывает. Ну не могут люди встретиться просто так тысячу лет спустя. Неужели это промысел богов?

Незнакомка лишь ненадолго остановила взор на моём лице и едва заметно скривилась, словно отказалась принимать дурную мысль.

И я догадывался, что это за мысль – я был тем, кого она могла видеть во сне. Но доподлинно не ведаю, узнала ли она, ибо окровавленного, озлобленного, одетого в броню прежнего меня в нынешнем весьма сложно.

– Вах, красивый дэвушка у тэбя, – поцокал языком чернявый извозчик, который явно пребывал в добром расположении духа. Он даже запустил музыкальную шкатулку с песнями на незнакомом языке. – Пасорылись? – не унимался мужчина.

– Да, повздорили немного, – коротко бросил я, чтоб не придумывать нелепых объяснений, и не рассказывать похожую на сказку правду.

– Всякий пасорица может. Главна – умэть памирица. Я са сваей каргой двацат лэт ругаюс. И мирюсь двацат лэт.

Я не стал говорить ничего, лишь коротко глянул назад. Девушка, у которой я не решался даже имени спросить, сидела и с поджатыми губами глядела в окно, за коим кипела городская жизнь. Незнакомка и в самом деле походила на ту селянку, встреченную в день моего проклятия. Память подсказала, что я её всё же не убил, лишь прошёл мимо.

И Велеса, о котором рассказывала девица, не видел.

– Вах, а почэму пасорылись? – снова задал вопрос чернявый извозчик.

Захотелось огрызнуться, а то и вовсе кулаком в зубы съездить, чтоб не спрашивал больше ничего, но сдержался, лишь ответил полуправду-полуложь.

– Из-за родителей повздорили.

– Бываит, – продолжил мужчина. – У самого голова седой уже внуки есть, а мать, да продляца её дни, лэзет и лэзет с совэтами. Жэна терпет нэ может.

Доехали за такими разговорами очень быстро. И вскоре извозчик остановился у серого пятиэтажного дома, расположенного в небольшой слободе, сиречь жилмассиве, среди таких же однообразных домов.

А что делать дальше, не знал. Незнакомка сидела и глядела то на дверь подъезда, то на окна, расположенные где-то посередине. Выходить она не торопилась.

– Вах, у меня счётчик капаит, – проговорил извозчик, – дэнги ваши, но просто так капаит.

– Обожди, – буркнул я, вглядываясь при этом в лицо незнакомки. 

Её можно понять.