Тихое Болото

Танцы, повсюду гомон довольных жизнью людей – настоящая романтика.

За одним из столиков сидели трое друзей, и проводили время в своей маленькой компании.

— Смотри, Лех, как тебе девчонка за тем столиком? — парень стрельнул глазами в сторону.

— Хороша-хороша, но думаю, она лучше бы смотрелась голая и со мной в постели, — протянул Алексей, изучая девчонку разгоряченным взглядом.

— Как вы уже достали, — буркнул третий за столиком, — эй, самец комнатный, ей максимум шестнадцать.

— Возраст согласия, — подмигнул он, обратившись к товарищу, — ну, Никитос, скажи же.

— Думаю, что если не пойман – значит не вор, — задумчиво ответил Никита, смотря на объект вожделения, и покусывал нижнюю губу.

— Придурки, — хмыкнул третий, лениво закатив глаза, — никакой морали.

— А ты душнила, — подначил Леха, усмехнувшись, — самый правильный тут, посмотрите на него. Кириллка-душнилка.

— Я хотя бы не смотрю на малолеток.

— Да какая она малолетка? Ты посмотри у нее бедра какие, титьки вообще что надо, — всплеснул руками Никита, снова глянув на девчонку, — о, кажется, ее родители куда-то намылились.

Он встал, поправил рубашку, зачесал волосы и облизнулся, поймав на себе неодобрительный взгляд друга.

— Родители… Ты ходишь по очень тонкому льду, Леха.

— Забей, Кирюх. Мы не факт, что на корабле пересечемся с ней еще раз, а за бортом… вообще молчу. Жизнь такая, надо брать от нее все, следуя своим потребностям и плевать на морали. Если не плыть по течению, можно в монастырь подаваться, там твои взгляды разделят.

Кирилл ничего не ответил на такую речь друга, лишь мельком глянул на девчонку, сидящую за столиком и осматривающую палубу скучающим взглядом. Когда Алексей для храбрости выпил одну рюмку и закусил виноградом, он мысленно посочувствовал девушке, которой вскоре придется терпеть пьяные нападки галантного, между прочим, женатого кавалера.

— Морали… потребности… как же мне это знакомо, — по палубе прокатился зловещий, гортанный бас.

Отдыхающие в первые секунды не придали этому значения, но потом вынуждены были посмотреть в сторону носа корабля, над которым возвысился огромный силуэт, размахивающий перепончатыми крыльями.

Люди замерли, танцы прекратились, все в недоумении и с нарастающей тревогой глазели на существо, парящее в воздухе.

— Что за чертовщина…

— Кто он такой?

— Боже, что у него с лицом?

— Господи Всемилостливый…

— Вызовите охрану!

Арнольд, вперившись взглядом в трех парней, скривил сухие губы.