Чёрный хребет

Один из них – с длинными волосами корчит лицо в кривой улыбке.

– Я погляжу, ты смелый, раз гуляешь тут один.

– Или тупой, – отвечает ему второй.

Все трое смотрят на меня и ждут, что я отвечу. Та самая ситуация, где правильного ответа не существует. Любое слово будет вывернуто наизнанку, чтобы оскорбить или избить.

Кажется, Грисель упоминала этого парня, у нас с ним многолетняя семейная неприязнь. Мой дед враждует с его дедом, отец с его отцом. Мои младшие братья регулярно получают тумаков от его дружков.

Кровный враг в прямом смысле слова.

Пока мы молодые, эта вражда не особо опасна, но стоит нам подрасти, это может вырасти в войну много серьёзнее.

– Ройс, – говорю. – Почему бы нам не закопать топор войны и не стать друзьями?

Говорю и сам не верю в эту чушь: подобные болваны не понимают доводов, пока не вобьёшь их им в зубы.

– Смотрите, как заговорил, – говорит. – «Топор войны». Почему бы тебе не пойти в задницу?

– Самым умным себя считает, – поддерживает Бегтед, жирный брат Ройса.

Похоже, есть что-то в человеческой природе, какой-то баланс добра и зла. И в любом мире, куда бы тебя ни закинуло, окажется человек, отказывающийся жить по правилам.

Вне зависимости от того, что это за правила.

Вот такие «Ройсы» будут существовать всегда, пока будет жить человечество. Это естественный ход общественной эволюции, вампир, находящийся на одной из ступеней социальной лестницы.

– Я на самом деле не хочу враждовать, – говорю. – Может, помиримся, наконец?

– Что-то не хочется, – отвечает.

– Мы же жители одной деревни. Не хочешь взять себе во враги кого-то извне?

– Кого, например?

– Кого-нибудь из деревень за хребтом, – говорю. – Мне кажется неправильным воевать со своими. Пусть лучше мы будем вместе и нас боятся другие деревни, чем ссориться друг с другом.

– Боятся? Эти людоеды-то? Они тебя с потрохами сожрут и костями в зубах поковыряются. Ты ещё тупее, чем казался изначально.

– Ошибаешься, – говорю. – Я – самый умный из всех, кого ты когда-либо знал.

Только произнеся эту фразу до конца, я понял, что не стоило её говорить человеку, который презирает тебя всей душой.

Через миг я уже лежу на боку, а Ройс и двое его подпевал пинают меня ногами со всех сторон, будто рогов марли моей спине было мало.

Посмотрите на меня: Архимед, Коперник и Фарадей лежит на земле, а три соплежуя пинают его грязными сандалиями.

Самый умный человек в этом мире получает по рёбрам от шпаны, которая даже таблицу умножения не знает.