Вулканов. Извержение

А вдруг, решит выдать добавки?

И ведь оркоид не подвёл! Начал с чувством, с полной отдачей мутузить меня ногами, позволяя мне выкачать из него ещё больше энергии. На повреждения тела я почти не обращал внимания, на мне и так живого места не было, а обычными побоями внутренние мана-каналы не повредить.

Это было даже немного забавно. Жирдяй старательно наносил мне удары, а я тем временем делал вид, что отбивался, а сам наоборот, как можно дольше старался удерживать прямой контакт. Не прошло и минуты, как основательно высушенный и выжатый охранник уже обливался потом и тяжело дышал, при этом кажется ещё и проникнувшись ко мне самой натуральной ненавистью.

-Оставь ты его уже, Валера! - гаркнул подошёдший на шум громила. - Ты даже одного слабосилка как следует избить не можешь, вон, уже на ногах еле стоишь. Хватит пытаться самоутвердиться за счёт полутрупа, только позошься!

-Да я! - завопил было Валера, но тут же закашлялся.

-Да, ты, - покачал головой бугай. - Пошли спать уже, кретин ты жирный.

-Ладно-ладно, - не стал спорить кабанчик, и тут же засеменил к выходу. Правда, перед уходом он забыл тихо добавить мне. - Я тебе это ещё припомню!

Ха, напугал ежа своими окорочками! Я с его туши сейчас столько энергии выкачал, что сегодня точно оклемаюсь от побоев, да ещё и в плюс выйду.

Правда, если эти двое всерьез захотят меня прикончить, я сейчас могу и не справиться, а потому мне нужно срочно набираться сил, и выходить из состояния полутрупа.

Правда, выданная мне похлёбка и кусок хлеба, который наверняка застал времена постройки этой самой камеры, не вызвали у меня ни малейшего желания впихивать это в себя напрямую. Пришлось раскошелиться и потратить немного проклятой энергии, принудительно активируя ядро плавления, чтобы спрессовать всё это добро в один нейтрального вкуса шарик. Не сказать, что от этого мне стало сильно легче, но сейчас выбирать не приходится, а тут всего-то и потребовалось, что проглотить за раз безвкусное месиво.

На этом я решил и закончить, предоставив все остальные манипуляции собственному телу. Потратив ещё крупицу проклятой энергии, я провалился в лечебный сон.

Проснулся я, можно сказать, по будильнику. Прямо от сильного пинка в живот. Жирдяй и правда меня запомнил, впрочем, как и я его.