Варленд: Время меча

Чини округлила глаза, зрачки стали все как по мелкой, медной, но всё же монетке:

– Да за что его любить?! Он даже не слышал, как я теперь пою! Он помнит только мой писклявый голосок. И помнит мой нелепый хвостик. Он не видел, какой красоткой я стала. Помнит только шерсть мою в своём носу. Он… эгоист!

Ведьма приподняла бровь:

– Эгоист, значит, но преображена ты, а не рысь… не так ли?

– Да, эгоист! Любит только… мир спасать, – уточнила Чини, словно не расслышав собеседницу. – Вот что чего ему этот Варленд? Эти постоянные объединения кланов, княжеств, гор, лесов и полей? Он всегда сплочает разных существ, но не видит главного.

– Ты особенная, – снова улыбнулась ведьма и первой спустилась с дерева. – Где мой посох?

– Где-то в корнях дерева. Сейчас найдём, – Чини вылезла из дупла следом, спрыгнула на землю.

Они нашли посох, а вооружившись, пошли по просыпающемуся лесу, ловя каждый звук, отслеживая каждый шорох.

Мокрый, вымытый лес жил своей жизнью. Зверьё лениво выползало из всех возможных укрытий. Среди луж и травы поднимался бодрящий туман, делая округу слабо различимой в дали.

Фирадея невольно сжала ладонь на посохе – взгляд зацепился за первых павших. Ведьма и амазонка лежали мёртвыми друг напротив друга. В груди ведьмы торчало оперение синей стрелы, а амазонка лежала с опалённой магическим пламенем головой. Огонь съел волосы, обнажив череп.

– Забрали жизни друг друга в одно время, – с тоской сказала Чини.

– Смерть выглядит жутко, – добавила ведьма. – Хуже нет, чем война.

Чини ещё раз посмотрела на подругу, пытаясь понять, что та чувствует, видя своих сестёр из клана павшими. Но Фирадея отвернулась и ускорила шаги.

Очередное дерево, исчезнув, показало картину боя целиком. Тела устилали всю небольшую поляну возле деревни, распластавшись так, как застала смерть.

Кровь смешалась с грязью. Лики смерти смотрелись отвратно. Пахли ещё хуже. Страшная, лютая бойня, коробила сердца, оставив тень на застывших лицах.

Первыми прибыли вороны, выклёвывая глаза.

Фирадея замерла на поляне. Живых словно не осталось. Мечи, посохи, стрелы, сломанные луки, шесты. Всё было разбросано по траве, лежало утопленным в лужах.

Нет победителей.

Чини услышала всхлип, подошла к подруге. По щекам Фиры текли крупные лазурные капли.