Варленд: Время меча

Словно обезумев от запаха крови, пропитавшего некогда красивую девушку, бывшая четвероногая подруга, которая прошла с ней немало пути, дёрнулась и отпрянула. Она не желела больше признавать её.

Дарла поморщилась. Даже глупая лошадь более не признавала в хозяйке человека. Что же говорить о других? Существо с распущенными, вьющимися волосами цвета остывшего угля, казалось ей чуждым. В грязи, пыли, бурых пятнах на изрезанной, местами растерзанной одежде, она также отличалась от прошлой предводительницы, как юный солдат-призывник от седого ветерана-генерала, что многое повидал и, как говорится, пожил.

Глаза Дарлы светились пугающей силой. Но ни живой, ни мёртвой. Непонятной, как шёпот ветра. Однако, столь же различимой, как сам ветер. Она просто была и кё сила была ощутима, как солнце в жару или холод среди снегов далёкой Ягудии!

– Что, боишься меня? – прогрохотала Дарла и не стала больше делать попыток оседлать лошади.

Провал изменил чародейку амазонок и воительницу ведьм.

Это чувствовали все вокруг. Даже мощные, гордые северные Беряги выделяли запах страха, когда Хозяйка проходила рядом. Но эти разумные зверолюди, преображённые по прихоти желания фальчиора, слушались её беспрекословно. Более того, когда они почуяли равную, а более не выполяли один лишь приказ и потворствуя её жажде крови, о подобном послушании не могли мечтать и северные лорды Ягудии. Как не могли они мечтать и о силе, которая обрушилась на Дарлу, захватила её и преобразила по своему усмотрению.

Дарла оскалилась. Всё, что было обещано ей, было дадено. Парах обещал ей мощь и грацию хищника и древний лич держал слово. Никто из северян в Ягудии не мог бегать с Берягами на равных. И тем более – охотиться. А Хозяйка могла. Её сильные ноги позволяли прыгать до краев стен самого Храма Судьбы, а цепкие руки если и хватали добычу, то уже не отпускали живой.

Дарла упивалась тёплой кровью жертв!

Она больше не была перепуганной девочкой-амазонкой, разговаривающей со змеями не по своему желанию.

Не являлась Дарла и беглянкой из Ведьминого леса, что покинула его в момент слепоты Очей богов, чтобы познать таинство магии. Ушла в прошлое проворная хитрая ведьма, не пожелавшая столетиями варить зелье по лесам с мудрыми старухами.

Но не возжелала тёмноволосая дева быть и статной мастер-магиней Великой Академии или, пожалуй, самим боевым магом, вздумай Бурцеус натаскать её одно-другое десятилетие.