Основание. Пятый пояс

Прорехи в меридианах были и в голове, выплеснувшаяся через них сила повредила плоть, это не могло не сказаться на мне. Да и крови я к этому времени потерял изрядно. Так-то не потерял, конечно, она почти вся осталась во мне, но занимает теперь не положенное ей место в жилах, а булькает где-то в полостях тела, наполнив меня, словно бурдюк.

Сколько мы уже прошли? Поднимать глаза к нависающим слева вершинам бесполезно. Мало того что я не запомнил их размеров, когда всё это началось, так это и не более чем иллюзия, которой нельзя доверять.

Я обернулся, снова проверяя раненых и заодно пытаясь смерить взглядом пройденное расстояние. Начало нашего пути там, где мёртвая растительность смята в прах нашими ногами, дальше она должна остаться целой.

Не сумел отыскать этого места, широкая полоса чёрного песка оказалась скрыта изгибом пробитого нами между мёртвыми деревьями пути. А ведь казалось, что идём прямо. Видимо, только казалось. Голову не только мутит, но и кружит.

— Чтоб тебя! — рыкнул Седой.

— Что? — с напряжением в голосе переспросил Зеленорукий.

Я тоже резко, насколько мог, обернулся, но ничего подозрительного не обнаружил. Седой, в шаге позади него Зеленорукий, мёртвый невысокий лес вокруг и впереди.

Вот только Седой со мной был несогласен:

— Граница запрета. Где они?! — с этими словами он бросил верёвку, быстро сделал несколько шагов назад и склонился над одним из искателей, обыскивая его.

Затем снова ругнулся и прыгнул обратно. Там надел на палец кольцо и выпрямился, уже сжимая в руке горсть заготовок проверочных артефактов.

Седой же, словно так и должно было быть, не оборачиваясь, с напряжением скомандовал:

— Пять шагов вперёд, втаскиваем всех и лечим.

Зеленорукий кивнул, сделал шаг, хмыкнул:

— Да, ощущаю и даже, можно сказать — вижу, — затем сделал ещё четыре шага и обернувшись, принялся споро тянуть верёвку, подтаскивая тела искателей.

Мне понадобилось сделать три шага, и я с трудом удержался от потрясённого выдоха. Это не просто граница зоны запрета, это ещё и граница иллюзии.

С облегчением высвободил восприятие, охватывая пространство впереди, заглядывая за преграду змеев, которые всё ещё надёжно защищали нас.