Книга I: Марш обреченных

– Я… я всего л-лишь… х-хотел… – начал оправдываться Велайд, но я жестко перебил его.

– Ты набросился на меня, пока я лежал, размахивая боевым оружием! Твоему поступку не может быть оправдания! И только посмей сказать, что я вру! Факты говорят не в твою пользу. Ты находишься в моей комнате, – принялся я загибать пальцы, – твоя шпага вынута из ножен, а на постели всё еще виднеется отпечаток, оставленный её лезвием!

Мне показалось, что от моего яростного напора обалдели оба родственника.

– Я всего лишь хотел тебя проучить! – младший Адамастро с появлением папаши заметно осмелел и выбрался из-за шкафа. – Я бы не нанёс тебе увечий! А ты… ты…

– Ты слишком много берешь на себя, брат! Не забывай, что я старше тебя на четыре года! Не дорос ты еще, чтоб меня чему-либо учить! – уничижительно фыркнул я.

– Да как ты смеешь… – задохнулся от возмущения юный аристократ.

– Это ты как смеешь поднимать на меня оружие?!

– Молчать. Оба.

Одион произнес это почти спокойно, но мы с братом поспешили благоразумно заткнуться. Что ни говори, а экселенс Адамастро умел добиваться послушания.

Глава рода с потаенным разочарованием осмотрел своего младшего сына. А меня наградил куда более долгим изучающим взглядом.

– Ваше поведение недостойно дворян! – вынес он вердикт.

– Но отец, я же всего лишь защищался! – вякнул я, но тут же прикусил язык, стоило магистру грозно сверкнуть глазами.

– Когда я говорю, все должны молчать! Это понятно?! – сквозь зубы процедил Одион.

– Да, отец, – покорно склонился я, не став, впрочем, извиняться.

– Так вот… когда между двумя высокородными возникает конфликт, то они не бегут решать его кулаками, уподобляясь грязноногой черни! Если один почтенный экселенс нанес оскорбление другому, то следует незамедлительно и открыто бросить вызов.

Я покосился на Велайда и по его хитрому прищуру понял, что этот стервец замыслил взять реванш. Только уже на привычном для себя поле.