Изгоняющий остылых: Путь по рубежному тракту.

— Как думаешь, будет из него толк? — спросила одна из фигур в тени крепости. Как же мне не понравился тембр его голоса! Он пробирал до мурашек.

— Не знаю, — ответил некто, чьё лицо было спрятано под капюшоном. Вокруг него горел странный светлый щит. Его лицо было сокрыто под капюшоном. Но я почему-то понял, что жрец смотрит в мою сторону. Он взялся за ткань, закрывавшую его лицо справа и слева, постепенно её поднимая. Я знал, что сейчас увижу что-то нелицеприятное.

— Послушник! — рявкнул тренер, и я обернулся, выпрямившись в струнку, но потом снова посмотрел назад.

В следующее мгновение их уже не было на месте. Инструктор приблизился и положил мне руку на плечо.

— Что здесь? Что это?

— Тренер, я убил бочку? — указал я на то место, где проводил экзекуцию.

Оглядев землю, где была вырвана и сожжена даже трава, орденский тренер воскликнул:

— Да, ты её просто уничтожил, парень!

Глава 37: "Обещание старого друга."

Видения вновь начали проваливаться в глубины, словно гнилые доски мостика в Темнолесье, опять не выдержали меня, и я полетел в темноту, в пасть к коросскам, и уже упавшей туда иссиня-когтю, к той самой, у которой лапа осталась оплетённой едкой паутиной.

Из темноты вышла девушка. Я знал её имя — Арса. Она подмигнула мне и вскочила на свою лошадку. У меня закружилась голова, казалось, что я почти лёг в зелёную траву. Стоило мне растянуться, как я тут же оказался в кровати.

Ни свет ни заря, отец поднял меня, словно само зло преследовало меня по пятам:

— Собирайся! И не смей шуметь.

— Быстро одев меня и покрутив, он вывел меня из дома.

Даже половицы заскрипели от тяжёлых и толстых одежд. Они сковали мои движения. Было странно. Я осмотрел свои варежки, не разделённые на отдельные пальцы. «Почему он не разбудил маму?» — закралось сомнение в мои мысли.

Мы вышли из дома, и снег заскрипел под моими ногами. Он положил мне руку на плечо, совсем как орденский тренер. Он меня куда-то вёл.

Я стоял у камня с отцом.

Он переминался с ноги на ногу и морщился в лучах восходящего света Титана Йодкейма.

— А что мы тут делаем? — спросил я.

Но он не ответил. Через некоторое томительное время из деревни выехала повозка, полная детей. Четыре человека в робах сопровождали её. Когда повозка поравнялась с нами, один из них спросил:

— Смотрите, даже капитан стражи своего привел. — Другие послушники, а это были приспешники Ордена, засмеялись.

Мой отец пожевал желваками.