Страж Кодекса. Книга VI

Они даже и понять не успели, что произошло, как погибли в разверзнувшемся армагеддоне.

А, нет, один выжил, но остался без ног. Вон, отползти пытается.

Барьер Воздуха появился прямо под ним и подкинул. Ещё один, ко мне.

Амер вскрикнул, покарёженный шлем слетел с его головы, показав мне бледного мокрого человека, в глазах которого застыл ужас.

Ещё два Барьера Воздуха. Сжать, зациклить энергию, уменьшить вращение и поток.

— Спрошу лишь единожды, — поставил я Дагахар на землю, отчего та вновь дрогнула, образовав маленький кратер.

— Кто цель вашего задания?

То, что эти загульные не просто так оторвались от основной части - с которой разобрался Агарес - были здесь, я уже уверился. У них иное задание. И я желал его услышать.

— И-иди к ч-чёрту... — сквозь боль в кровоточащих ногах, криво ухмыльнулся он.

Амер попытался вырваться, но не смог. Барьеры крепко держали его прямо передо мной в воздухе, не позволяя упасть и держа нас лицом к лицу. Одно лишь усилие воли и он умрёт, сжатый с тисках стихии, которую многие считают не особо разрушительной.

Да, огонь, земля и лёд с молнией более практичны, а результат впечатляющ. Но воздух... он во всём. Он разжигает пламя. Он дробит землю и лёд. Он покоряет молнию. Воздух - сила, которую недооценивают. Прямо, как Барьеры, которые считают слабым даром.

Ощутив внимательный взгляд со спины, обернулся и увидел, что рядом с замершими и чего-то ожидающими Бессмертными стояли Агарес и Лилит. Как только началась заварушка и отдача приказов она сразу же вылетела к своему старику на помощь.

Генерал заинтересованно наблюдал за мной с улыбкой, держа в руке знакомый клинок. Артефакт ушедшей демонической золотой эпохи, по силе сравнимый с Дагахаром, или даже превосходящий его.

Лилит стояла позади него и была обеспокоена, но держала себя в руках.

Мне хватило одной встречи с её глазами, чтобы всё понять. Зачем малочисленному отряду, явно рассчитанному на маскировку, раз только Ель смогла их обнаружить, отделятся от основной группы? Для чего эта многоходовчка? Проще ударить одним кулаком и устранить меня.

Да... проще, если только цель не была в другом. Задание, где должен был пострадать не только я, но и мои близкие.

Барьеры Воздуха начали медленно сдавливать бойца, отчего тот истошно закричал. Воздух разрывал его кожу и мышцы, дробил кости. Стихии не знают жалости. Ни к кому. Она им не ведома, как и мольбы. А Амер молил. Просил пощады и обещал всё рассказать, но я не желал его слушать, наблюдая, как он помирает в агонии.