Темный Охотник #5

Рядовой будний день для непричастных, а для причастных так вообще – нихрена себе. Свадьба начальника базы!

— Так. Ну и куда нам дальше? — спросил я, выпрыгнув из кабриолета по-крутому и дерзкому, не открывая двери.

— Евгений Евгеньевич сказал, что организовал торжество в столовой, — ответила Габи, оглядываясь по сторонам.

— О-о-о! — я не смог сдержать улыбку. — Это Евгений Евгеньевич по Родине тоскует.

— То есть? — недоуменно спросила Изель.

— Свадьба в столовой – старинная русская традиция, — пояснил я дремучим иностранцам.

— Вот только по этой же традиции хотя бы один из молодожёнов должен быть несовершеннолетним и сочетаться сугубо по залё… э-э-э… не важно. Пойдёмте скорее!

По парковке, затем мимо казарм и корпусов, я сопроводил своих спутниц к столовой. Фрау Гретту я вёл под ручку, а Габи с Изель семенили чуть впереди. С причёсками у этих зассых всё было нормально.

Пускай девки и истерили, что мы опаздываем, однако нам хватило времени, чтобы заехать в город и привести их головы в порядок.

Отчасти постарались местные стилисты, а отчасти, – внезапно! – флористы.

Все волосатые бреши и колтуны, которые не подлежали быстрому восстановлению, были на скорую руку прикрыты живыми цветами. В итоге причёски получились ещё лучше, чем были до погони. Что ацтечки, что фрау Гретта выглядели прямо-таки ослепительно.

Чего не скажешь обо мне…

— Так, — пробубнил я себе под нос, на ходу осматривая свой наряд.

Кажется, последний раз я принимал душ и переодевался… м-м-м… ещё до памятного шествия инферн по Чотилапаккену.

И конечно же, с тех пор поизносился. Ещё и плечо насквозь провоняло белками.

Надо что-то предпринять по этому поводу, вот только что?

— Чернов! — раздалось из-за угла столовой.

Вот уж кого не ожидал увидеть в Арапахо в числе первых, так это его. Йохансон! Тот самый инструктор… уже не помню чего. Помню только его пунктик насчёт медведей. И о том, что хотел при случае познакомить его с Лунатычем.

Из интересного, – помимо того, что Йохансон прятался за углом, – так это его костюм.

Плотный, твидовый, в светло-коричневую с тёмно-коричневой клеточкой. Старенький такой, потёртый, с заплатами на локтях. Глядя на него сейчас, у меня в голове почему-то заиграла песня про дядю Пашу, который по жизни два костюма износил и по свадьбам три баяна потерял.

Хм… Кстати… А как зовут Йохансона? Уж не Павел ли?

— Идите-идите, — инструктор махнул рукой моим спутницам. — А ты за мной.

— Куда? — я недоуменно уставился на него.