Темный Охотник #5

В тот самый пакет с физраствором и витаминками, который был уготован бедному беззащитному мне.

— Петь, — в полной тишине сказал Патриарх, — мы с тобой уже разговаривали на эту тему, и не раз. Организатор ты отличный, но вот исполнитель из тебя никакой. За что не возьмёшься, всё обязательно через жопу.

Так...

Какие выводы могу сделать из ситуации лично я? Организатор и исполнитель... Исполнитель и организатор.

Да!

Дед прав. От первого слова и до последнего. Кривцов очень умный мужик, раз сумел дотянуться до меня и на лайнере, и в Арапахо, но вот именно сейчас он начал спешить и оступился.

Мало того, что он последний, он ещё и случайный, – ну кто ж знал, что нас с императорскими детками ждёт муравьиный трип? Времени на подготовку у дяди Пети не было от слова «совсем».

А убить было надо.

Ведь после того, как я перевезу через Атлантику и расселю в Коломне четыре сотни разломных воинов, подобраться к роду Черновых будет попросту невозможно.

Так что мой вывод таков: Кривцова сгубила суета и паника.

— Сука ты такая, — абсолютно спокойно сказал Патриарх, через нос выдохнул плотную струю дыма и затушил сигарету в пепельнице. — Ну и чем ты, скажи на милость, был недоволен?

Кривцов молчал.

— Работал ведь на нас, как проклятый. Я же сам видел, Петь. Столько, сколько ты, на моей памяти никто для фамильного бизнеса не сделал. И дочь ведь почти пристроил.

И тут Кривцова прорвало.

— В баронском! — выплюнул он, будто бы это было какое-то ругательство. — До сих пор в баронском! Учитывая весь тот потенциал, который заложен в этот род! При всём трудолюбии! При всей гениальности! — слово «гениальность» дядя Петя подчеркнул особенно. — При всём отношении к жизни, нежелании сидеть на жопе ровно в то время как другие аристократические рода не делают ровным счётом НИ-ЧЕ-ГО.

Тут Кривцов аж начал задыхаться от злости.

— При всём при этом, — продолжил он спустя короткую передышку, — твой род до сих пор баронский! Если бы ты послушал меня! Если бы сделал, как я говорю, то всё давным-давно было бы иначе! Если бы мы, как я и настаивал, вывели на рынок порта-а-а-А-АЙ! — волна силы накрыла Кривцова так, что он заорал раненым зверем, упал на пол и свернулся в позу эмбриона.

Так-так-так...