Тринадцатый IV

Не успели.

Я не стал говорить, что брату в итоге удалось убить моего предшественника. И лишь благодаря артефакту второго шанса сейчас другая душа продолжает его дело.

– Как думаешь, это наваждение можно было развеять при жизни? – спросил вслух Макар, но конкретно ни к кому не обращаясь.

– Нет, – замотал головой брат. – Я уверен, что нет. Словно я не просто спал, а мою душу замуровали. Заменили чем-то другим. Сейчас я это понимаю.

– Кажется, намечается что-то интересное, – потёр ладони Макар.

Муха умерла, и к этому призраку вернулась былая циничность.

А во мне проснулось сострадание. Внутри всё трепетало, хотя уже ничего не мог изменить. Но мог отомстить. С помощью призраков или без них, но я это сделаю. За всех, кто был дорог моему предшественнику и стал дорог мне. Ведь вместе с телом мне передались и его чувства.

– Я готов отомстить, – выпрямился и ответил брат. – Но чувствую, что мне хватит энергии, чтобы просуществовать неделю. Может, две. Но не больше.

– Это решаемо, – кивнул я.

– На втором этаже была штанга, – иронично намекнул Макар.

– Нет, больше я не привязываю призраков к тяжёлым предметам. Одного кирпича мне достаточно.

– А что с остальными? Изгоним? – осмотрелся друг.

– При жизни они принесли мне клятву верности. Она действует до сих пор, – пояснил брат.

– Тогда станешь главой призрачного отряда, – сообщил я. – Кажется, у Лесси был набор фломастеров.

– Главное к сигаретам их не привязывай, а то Евгений завтра же всех призраков скурит, – усмехнулся Макар.

– Евгений здесь? Я могу с ним поговорить? – спокойно попросил брат.

– Можешь, но через меня. Только у меня в нашей семье дар видящего.

– И всё потому, что кто-то не хочет брать на себя ответственность, – буркнул Макар, намекая на Евгения.

– Ему много пришлось пережить... Я вспомнил, – брат широко распахнул глаза.

– Что вспомнил? – уточнил я.

– Женя тогда был с нами на дне рождения Шолоховых. Он лежал на полу привязанный… рядом со мной.

Глава 7

Мы с Макаром обернулись к дому. Лесси продолжала смотреть из окна.

А за её плечом было видно, как Евгений сидит за столом и пьёт апельсиновый сок из прозрачного стакана. Он морщится так, словно это чистый спирт. Постоянно смотрит на время на смартфоне. Ждёт доставку алкоголя. Будь моя воля, я бы запретил продавать алкашку по ночам. Но мало быть князем, чтобы издавать законы. На это есть воля лишь у императора.

– А когда он пить начал? – задумчиво спросил Макар.

– Это надо у Светы спросить. Пошли в дом. Саш, и ты за нами.