Сын огня

А я знал, что амулет, сделанный своими руками для себя же любимого, гораздо эффективнее любого покупного. Даже мой отец, который закончил боевой факультет, до сих пор носит амулет, изготовленный в Академии на уроках артефакторики. А вот в расписании нашего третьего курса такого предмета уже нет. Есть отдельный факультет, но туда идут, в основном, девушки. Кстати, я вспомнил, где я видел Кроша. А видел я его в мастерской артефактов у известного мастера Проктора. Именно ему мы продаем остатки серебра, а иногда и мифрила.

Вероятно, и Крош меня узнал, но виду не подал. Так что, и я не стал афишировать наше знакомство. Да и было оно совсем мимолётное.

— Послушайте, господа. Кажется, я смогу помочь вам. Я сегодня Вестники листал, там есть заклинание ветра, очень сильное, но сложное. Там распальцовка для очень гибких пальцев. Надо поставить их вот так, и соединить… здесь.

Я показывал комбинацию на своих руках, но пальцы не гнулись, как надо. А вот Крош всё повторил просто идеально.

— А встать надо вот так, — и я поставил моих однокурсников треугольником. Крош встал во главу треугольника, и, по счастливой случайности, я направил его руки в сторону окна.

— А вот заклинание говорите вы вдвоем, одновременно. Только там одно заклинание длинное, а другое короткое.

— Текст говори! — сухо промолвил Эрик. Я понимал, что он чувствует, потому что сближение трех магов в одной связке, это колоссальная энергия, особенно, если они тренируются вместе уже давно, так же, как Эрик и его внештатные охранники.

— Антари канта. Это первое. И второе — Канта мира тари анта.

— Волан, запомнил?

— Конечно!

— Начали!

Волан говорил гораздо быстрее Эрика и при этом умудрялся произносить слова очень четко и внятно, так что закончили они одновременно.

Вот, чем мы тогда думали?!

Мне казалось, что мои барабанные перепонки сейчас лопнут, а воздух в комнате можно резать ножом, он так сгустился, что стал похож на желе. И тут Крош, как-то неуловимо, сдвинул указательный палец, и весь воздух, что был в комнате, собрался мощным кулаком и рванулся на свободу, выбив окно вместе с рамой.

Только стёкла звякнули. Этот воздушный кулак ураганом пронесся по аллее, переломав огромные ветви вековых стволов ближайших деревьев, словно молодые веточки, и проделал длинный туннель в переплетении ветвей.

Мы стояли все четверо и не верили своим глазам, урон нанесенный нашим кулаком был непередаваем.