Точка Бифуркации VII

а почему он тебя называет «Ваша Светлость»? – внезапно привлёк внимание товарищ, вставший сбоку, едва граф Озёрский покинул мою компанию.

Тут уж волей-неволей, а вспомнился тот вечер, когда я оказался в Кремлёвском дворце и после организованного приёма оказался наедине в одном кабинете с императором.

Глава 3

– Алексей Михайлович Черногвардейцев, – низким поставленным голосом с лёгкой хрипотцой произнёс стоявший возле шкафа мужчина, повернувшись ко мне вполоборота.

– Здравия желаю, Ваше Императорское Величество, – отрапортовал я и шагнул в центр помещения.

Внимание тут же привлекли большие антикварные часы, установленные на стене по правую руку от меня, а затем и громадный деревянный стол с пустующим за ним креслом.

– Присаживайся, Алексей, – достав что-то из шкафа, монарх проследовал к своему месту, параллельно указав мне открытой ладонью на одно из свободных кресел.

Коротко кивнув, я шагнул вперёд и с удобством расположился по другую сторону от стола, напротив хозяина кабинета.

– Он вышел ростом и лицом, – бегло оглядев меня, улыбнулся Романов.

– Спасибо матери с отцом, – не удержавшись, добавил я в рифму.

Возникла небольшая пауза, во время которой глаза императора скользнули по сияющей на моей груди награде, после чего, по всей видимости, что-то решив в своей голове, Романов продолжил разговор.

– В первую очередь, хотелось бы ещё раз выразить благодарность за блестяще проведенную операцию, – вновь заглянув мне в глаза, серьёзно начал он. – Нам действительно стало легче дышать, когда напряжение на южных границах империи спало.

– Служу Империи! – на один тон громче выдал я, едва монарх закончил свою речь.

На самом деле, перед поездкой сюда у меня целых три дня был «ненавязчивый» инструктаж от самых разных людей: от графа Белорецкого и дяди Вити, до полковника Калинина и местного церемониймейстера. Мне весьма недвусмысленно объясняли, о чём не стоит говорить с императором, какие вопросы нельзя поднимать, и даже пытались научить как на него нужно смотреть.

– Достойный ответ, – довольно кивнул Владимир Алексеевич и после небольшой паузы продолжил: – Как тебе наш приём, как Москва? Успел хоть немного отдохнуть?

Император не только пребывал в прекрасном настроении, но и однозначно демонстрировал мне своё расположение.