Борей

На двойную воздушную яму это не было похоже.

— Что происходит? — это был риторический вопрос, который Борей обязан был задать вслух, но те, кто были рядом, не могли ответить на него заведомо.

— По борту Змей Горыныч! — крикнул лесовик, сидящий у иллюминатора.

— И тут по борту Горыныч! — ответили горожане с другого борта «птицы».

Борей встал и направился в кабину. Можно было связаться с пилотами по рации, но в нештатной ситуации они вряд ли будут отвечать на вызов. Так проще. Когда Борей вошел в рубку, на табло в салоне зажглась надпись «Пристегните ремни».

И тут же «птица» сделала кульбит в воздухе. Кто не успел выполнить приказ, написанный на табло, сделал не одно сальто по салону. Благо весь экипаж был облачен в бронекостюмы и сильных неприятностей для здоровья ни у кого не случилось. Зато кувыркающиеся выполнили приказ моментально, как только корабль пришел в стандартное положение.

— Что случилось? — спросил Борей, войдя в рубку и сделав по ней не полное сальто, ибо успел схватиться за поручень рядом с дверью.

— Нас атакуют два Горыныча, — был ему ответ из уст первого пилота.

— Незрелые юнцы? — поинтересовался воевода.

— Наоборот, у одного пятнадцать голов, у другого — семнадцать.

— Умудренные старцы?

— Взрослые особи, в самом расцвете сил, видимо, с огромным жизненным опытом, — ответил пилот, — я знаю, я с такими в бою сталкивался.

— Может, поиграть хотят? — в вопросе Борея теплилась толика надежды.

— Это одноголовые играют, ну трехголовый еще может, а с пятнадцатью головами хоть в одной да разум будет, — буркнул пилот.

Кабина транспортника была прозрачна — специально для лучшего обзора пилотов. В боевых действиях такие корабли участие если и принимали, то только десантно-транспортные суда, с поддержкой штурмовых и истребительных вертолетов. В этот раз решили отказаться от этого, так как Древослав сам организовал эту экспедицию, и его Горынычи, как и птицы Рока, должны были быть лояльны к пролетающим мимо людям.

Борей вынырнул из кабины обратно в салон и воззрился на двух ведунов.

— Почему ваши Горынычи нападают на нас? — рявкнул он, не называя имен и званий, но оба оппонента поняли, к кому воевода обращается.

Ведуны отличались друг от друга, словно и не были из одного логова. Скорее всего, до отречения один из них был горожанином, а второй лесовиком, но теперь это было неважно, хотя разница в бронекостюмах была налицо.