Маг Цифр

– Мор, ты с нами? – спросил он, лукаво выглядывая из-за Грозного.

Миссис Мор ничего не ответила. Она отвернулась в противоположную сторону, раздражённо фыркнув. Келли остался без внимания, но это его нисколько не смутило.

– Ладно, – пожимая плечами, бросил он. – Я пошёл разносить корпус сам. Мои чудики, погнали за мной, – приказал он, рукой поманив нас. – Корпус не маленький. Винсент, если хочешь присоединяйся.

И Келли нарочито медленно зашагал в противоположную от нас сторону. Высоко поднимая ноги, он вышагивал так, словно каждым хлопком об пол вымерял секунды.

Келли потребовалось всего пару шагов, чтобы терпение Грозного кончилось. Он нагнал его и чётким движение руки, потащил его назад за воротник, но Келли это нисколько не напугало, а даже наоборот обрадовало. Он лишь послушно зашагал назад.

– Дюрр когда-нибудь уволит тебя к чертовой матери! – прорычал Грозный.

– Ты так уже сто двадцать три раза сказал, и ни разу этого не случилось, – проговорил Келли, разводя руки в стороны.

Сделав глубокий вдох, Грозный обратился к нам:

– Обойдите весь корпус. Главе на глаза не попадаться.

– А смысл? – спросил Келли, которого Грозный всё ещё держал за воротник.

Ничего не ответив, Грозный утянул его куда-то в коридор. С тяжёлым вздохом, за ними поплелась Мор.

– Это никогда не надоест, – проговорил Мауэр и исчез вслед за остальными.

Пару минут мы простояли в тишине. Это было очень странно. Келли будто бы забыл, что он старший маг. Первым отошёл от шока Морган.

– Ладно, разбредаемся.

– Полностью согласна, – сказала блондинка. – Мы возьмём на себя лицевые части.

– Значит нам рисковать, – проворчал Морган.

На этих словах мы разошлись. Наша компания направилась куда-то вглубь старого корпуса. Морган быстро распределил кто и куда идёт. Мне выпала честь проверять коридоры и помещения возле кабинета главы Ока. Причиной этого была возможность лёгко отовраться.

Коридоры второго этажа были пусты. Мои шаги лёгким эхом разносились по ним. Ни единой живой души. Стало даже как-то не по себе от этого. Но я успокоил себя мыслью, что всё-таки здесь люди есть. Особенно злой начальник, который может прибить и даже будет прав при этом.