Наследник огня и пепла. Том VI. Сердце бога

Заметив его внимание, нимфы стали резвиться активно, разом нарастив интенсивность игривых криков и по-птичьи переливчатого смеха. Пан похотливо оскалился и положил одну руку на свое достоинство. И без того внушительный, его член стал набухать.

Остается искренне порадоваться, что Пан, в отличии от того же Аполлона, чисто по бабам. И тихо свалить в сторону. Но меня пронзило раздражение. Мы, вообще-то, тут о серьезных вещах говорим. А многомудрое вечное божество больше пяти минут не может мне уделить. Никуда от него эти девки не денутся.

— Подожди! — рявкнул я.

Пан застыл с одной рукой направленной в мою сторону и другой на его члене. И я физически почувствовал, как он начал злиться, что его отвлекают всякие мошки от намерения трахнуть других мошек. Физически, это именно физически, а не смутные ощущения внутри. Вполне явные ощущения снаружи. Как будто из мира вокруг краску вытянули и воздух резко градусов на десять похолодел. Намёк понят. Требовательность — не лучший тон в разговоре с богом.

— Что я обещал тебе?! Напомни, я хочу исполнить! — торопливо сказал я.

— Ха! Узнаю Охотника! Ищешь добычу, жаждешь трофей! — расслабился Пан. — Я велел тебе найти способ проникнуть на землю. Только для меня. А эти глупцы тут, думали что ты сбежал!

Пан снова захохотал одному ему понятной шутке. А потом продолжил.

— Но раз ты не нашел такой способ за тысячу лет, значит его нет. И теперь ты здесь. Это хорошо, ты иногда бываешь интересен. Может повелеть вместо этого что-то другое?

Пан снова наморщил не вполне человеческий лоб, явно задумавшись.

— Ничего не понимаю, — поспешил я отвлечь его от тяжких дум. Не хотелось вдруг получить квест от бога. У меня уже был один от Великой Матери. Висит, так сказать, в трее. Я его старательно не замечаю. Вот только, боюсь, игнорировать Пана будет сложнее. Поэтому я просто продолжил говорить. — Мы же прямо сейчас в другом мире. И это ты привел меня сюда?

— Ты уже задавал этот вопрос! — ответил Пан.

Он улыбнулся, как будто ребенок которого похвалили. Я подождал секунд десять. Пан продолжал улыбаться и заниматься самоудовлетворении. Не только в психологическом смысле. Я не выдержал, и осторожно спросил.