Мертвый мародер

И это, скажу я вам, удовольствие то еще — от криков и стонов становилось неуютно даже бесчувственному мертвецу.

— Ну а ты чем поможешь? — усмехнулась Инар и встала напротив.

Я достал из сумки пучок адовых корней и сжал в кулаке. Отростки тут же зашевелились и попытались накинуться на окруживших нас жителей, и те немедля схватились за оружие. И только один гном в изумлении спросил:

— Как он их вытащил из такой крохотной мошны?

— Черная магия, — ответил старый орк и сплюнул под ноги.

— Это — сильнейшая отрава в здешних местах, — пояснил я.

— Возможно, самая сильная. Порубите корни на мелкие кусочки, отварите до медовой густоты и смажьте стрелы. Тогда даже самый маленький порез заставит ублюдков корчиться в страшных муках.

— Это ты имперцев так чихвостишь? — хмыкнул гном. — Ты же один из них. Небось, только и ждешь случая открыть им ворота.

— Ага. А перед этим я прикончил троих. А до этого — еще двух. Видимо, чтобы втереться к вам в доверие.

— Меня другое беспокоит, — из толпы вышел тощий старик в белой хламиде.

— Корни, что ты принес, растут только в порченых местах. Охотники говорили, что в балке неподалеку стоит зловонный туман — верный признак Порчи. Ты что, принес отростки оттуда?

— Я их не просто принес. Мы с Тилой уничтожили сердце. Больше эта зараза вам не навредит.

— Вздор! — в изумлении воскликнул дед и тряхнул седой козлиной бородкой. — Вдвоем? Не поверю!

— Может, это вас убедит? — достал эссенцию и протянул с таким видом, словно это была голова императора.

Мужчина уставился на мерцающий кристалл, как Голлум — на кольцо, и едва слышно прошептал:

— Невероятно. Просто немыслимо.

— И что нам эта стекляшка? — проворчала Инар. — Ею можно убить налетчиков?

— Нет, — я вернул артефакт на место. — Но мы сделаем все, что от нас зависит. И поверь мне — я слышал, что замышляют каратели. Так что лучше вам не воротить носы и принять любую помощь. Даже нашу.

— И в чем твоя выгода? — не унималась староста. — Зачем рисковать ради горстки поселенцев?

— Много лет назад на мою страну напали люди, которые тоже считали себя высшими существами, а всех остальных — нелюдями.

И уничтожали так же, как и вас. Сотнями тысяч. Миллионами.

Собравшиеся нахмурились — очевидно, им было сложно представить такое количество трупов. Вполне вероятно, во всех их королевствах жило столько же, сколько погибло в Великую отечественную.

— Моя бабушка едва выжила под гнетом захватчиков. Мой дед гнал их до самой столицы.