Мертвый мародер

И меч подойдет для этого лучше всего — недаром их суют чуть ли не в каждый второй сундук.

— Все-таки пойдут поговорю с этой Уброй. Хоть узнаю, будет ли от нее толк.

— Ладно, — с легкой ревностью ответила эльфийка. — Но если задержишься до ночи — лягу спать сама.

Велел скелетам после уборки приготовить поесть. Не знаю, справятся, но хотя бы помогут подруге порезать, нашинковать или отбить — это у них получится как надо.

Сам же подошел к кузнице и осведомился у хмурых бородачей, где найти орку.

— Где обычно, — проворчал седой коротыш.

Жилище орки выглядело еще хуже, чем у Рига. Я позвал хозяйку — никто не ответил, поэтому осторожно толкнул дверь и посветил внутрь кольцом.

Пол сплошным ковром устилали битые черепки, обглоданные кости и прочий мусор, среди которого я не сразу заметил спящую женщину. Варварша лежала в раскоряку, с ногой на кровати и раскинутыми руками. Подле стоял пивной бочонок — судя по богатырскому храпу, уже пустой.

Выглядела орка лет на тридцать — хотя, если бы не бухала так сильно, потянула бы максимум на двадцать пять. Крепкую грудь стягивал кожаный топик, меховая юбка задралась чуть ли не до промежности, а вместо обуви орка предпочитала кожаные ремни на лодыжках.

Неряшливые черные волосы она стянула в похожий на метлу хвост на затылке, а мускулистое, пусть и местами подзаплывшее тело украшали десятки шрамов — как от стали, так и от когтей.

Должно быть, за широкими плечами пьяницы — богатейший боевой опыт, который она, вопреки расхожей пословице, все же пыталась пропить.

— Убра! — крикнул я. — Очнись! Поговорить надо!

В ответ воительница всхрапнула, как лошадь, громко перднула и почесала живот.

— Алло! — нарочито громко раздавил черепок пятой, но хозяйка вообще не шелохнулась.

Устав это терпеть, взял в кузне ведро воды и вылил прямо на орку. Лишь после этого варварша встрепенулась и часто заморгала. А когда увидела, что забрался в дом, вытаращила затуманенные зенки и достала из-под кровати такой дрын, что сам Конан стыдливо спрятал бы свой клинок при виде этой дуры.

— Гребаная нежить! — взревела Убра и кинулась на меня.

Благо спросонья плохо соображала и попыталась рубануть из-за головы, сверху вниз. И, разумеется, вонзила острие в потолок — да с такой силой, что пробила толстые перекрытия насквозь.

Однако это ее ничуть не остановило, и гарпия накинулась с голыми кулаками.