Этот мир не выдержит меня. Том 5

В общем, и места достаточно, и секретность можно соблюсти без проблем. Да и оборону организовать в случае чего не составит труда — тридцати человек хватит для этого с избытком…

Пора было переходить к конкретике, и я рассказал Барталомее о том, как изменить пропорции компонентов пороха, чтобы увеличить его эффективность. Изобретённая алхимичкой смесь содержала в своём составе слишком мало селитры при чрезмерном количестве угля, что следовало исправить. Серы тоже было несколько больше, чем предполагалось «классической» формулой, однако в нашем случае это было даже на пользу — так порох будет легче поджечь.

Помимо советов по рецептуре, пришлось напомнить Барталомее о необходимости строго соблюдать требования пожарной безопасности. С ней у девушки были очень большие проблемы.

Я хорошо помнил, с каким потрясающим разгильдяйством она относилась к источникам открытого огня. Свечи стояли в лавке буквально повсюду. Если добавить ко всему этому великолепию крайне летучую пороховую мякоть, то решение у такого уравнения с двумя «неизвестными» будет ровно одно — взрыв.

Причём взрыв весьма некислый, учитывая количество селитры, хранившейся в лавке. А в мои планы не входило уничтожение целого городского квартала. По крайней мере, пока.

Барталомея слушала меня с молчаливым удивлением. Тот факт, что я обладал столь специфическими знаниями, никак не вписывался в её картину мира. Она выглядела как человек, который повстречался с говорящим псом — причём с таким, который изъясняется исключительно стихами. Однако сомнений в моих словах девушка не высказывала, что не могло не радовать.

После меня с короткой речью выступил Марк, который уже успел вернуться за стол. Он поделился с Барталомеей своими мыслями о том, кому из тридцати помощников можно доверить ответственную работу, а кто годился лишь для поручений в стиле «принеси-подай».

Кроме того, разведчик дал несколько простых, но крайне толковых советов по взаимодействию с личным составом. Вкратце их можно было свести к известному Закону Мёрфи, который гласил, что если что-нибудь может пойти не так, то оно обязательно не так и пойдёт.

— Никому не верь, иначе тебя обманут, — подвёл итог Марк. — И не пытайся быть хорошей для всех, иначе твою доброту примут за слабость.

Я усмехнулся. Как говорили в Советской армии, куда солдата ни целуй — у него везде задница. И спорить с этим провокационным утверждением мог только тот, кто никогда не имел дела с переполненными дурной энергией бойцами.