Этот мир не выдержит меня. Том 5

— А знаешь, Фольчик, — Лэйла с шумом втянула воздух, — с такими деньжищами ты, кажется, даже пахнуть стал чуточку лучше!

— Заткнись, ведьма, — привычно огрызнулся северянин, спрятав кошелёк за пазуху. — Ну пошли, раз такое дело…

Заросший как медведь, грязный мужик и стройная, красивая девушка, облачённая в непривычный для этих мест костюм, выглядели рядом совершенно нелепо. И значит, не заметить их будет попросту невозможно.

Я специально подставлял эту сладкую парочку под пристальные очи человека без лица. Пусть тратит время и ресурсы на слежку за ними.

Ну а если его люди решат перейти к активным действиям, то их ждёт очень неприятный сюрприз. Фольки был куда опаснее, чем казался на вид, а Лэйла… Лэйла обычному человеку и вовсе не по зубам.

Кроме того, без прикрытия они тоже не останутся. Клоп. Я посмотрел туда, где ещё несколько секунд назад виднелась несуразная подростковая фигурка. Теперь там уже никого не было. Нахлебавшийся бараньей крови равк не забыл о моём поручении.

— Добрый юноша, — судорожно сглотнул Саблей, — не хочу торопить тебя, но если ты решил наградить меня за верную службу, то лучшего времени для столь широкого жеста уже не будет…

Сабалей пристально смотрел на мой кулак, в котором был зажат последний золотой.

Бывший актёр опасался, что аттракцион невиданной щедрости вот-вот закончится, и ему не перепадёт ни копейки. А он явно не хотел пролетать мимо денег как фанера над Парижем.

Я выставил перед собой ладонь, на которой лежал «пухлый» золотой кругляш. Сабалей воспринял этот жест как руководство к действию и уже потянулся к вожделенной монете, но не преуспел.

Я убрал руку, когда кончики его дрожащих пальцев почти коснулись благородного металла.

— Добрый юноша, — Сабалей покраснел, — ты решил поиздеваться надо мной? Лишать человека честно заслуженной им награды — это низость! На моей родине, в славной Векреции…

— Нигде в мире не принято награждать бездельников, — оборвал бывшего актёра я. — Ни здесь, ни в твоей славной Векреции.

— Что ты имеешь в виду, добрый юноша? — Сабалей гордо вскинул подбородок.

— Хочешь сказать, что я не заслужил эту жалкую подачку?!

Вожделенные взгляды, которые он бросал на «жалкую подачку», совершенно не соответствовали этим пренебрежительным словам.

— Именно так, — кивнул я. — Ты не заслужил награду… Но это можно исправить.

— Я слушаю тебя, добрый юноша, — Сабалей мгновенно перешёл от пафосной патетики к деловому тону. — Чем я могу тебе помочь?

— Я хочу, чтобы ты распустил обо мне слухи.