Кровавый вкус победы

Генерал Дель Руто погиб в схватке, а барон Рэдмутский получил серьёзные раны и потому долго не сможет появляться на публике. Ты займёшь его место — и начнёшь операцию из этой глуши, до которой никому и никогда не было дела. Дель Граусс я расскажу о предателе, она мне поверит и закроет дело. И если… — он сделал паузу, принимая серьёзное решение, — случится что-то непредвиденное, я прикрою тебя пред королевской властью.

— Я бы ожидал услышать такой план от разведки, но от тебя — в последнюю очередь, — честно признался я.

— Война учит нас мыслить нестандартно, — парировал Дель Котль. — Кому, как не тебе, это знать.

— Генерал, пожалуйста, — одними губами прошептала Алия.

Я внимательно посмотрел на провидицу, перевёл взгляд на Анжелику, жмущуюся к благостно улыбающемуся демону. Кажется, мне следует согласиться лишь только потому, чтобы эти двое никогда не превратились в чудовищ, наводящих ужас на мирные земли. А сколько ещё душ можно спасти от нечестивой участи ночного охотника?

Я медленно кивнул:

— Быть посему.

Эпилог

Я небрежным жестом заправил за ухо упавшую на глаза прядь, отложил перо и быстрым оценивающим взглядом пробежался по ровным рядам строчек на листе бумаги, по стопке листов, покоящихся на краю стола....

Поднял голову и полюбовался на полную луну, освещающую лес, пробуждающийся от зимней спячки, и положил в стопку последнюю страницу.

«Смерть — это только начало».

Что заставило меня написать эту историю? Вряд ли я взялся за перо ради того, чтобы когда-нибудь потомки рода Дель Аркуа смогли понять и оправдать своего родича, оказавшегося по ту сторону света.

Считал ли я сам себя героем? Нет — я просто делал свою работу. И буду делать её во веки веков — блистательным ли генералом на белом коне, невидимым ли стражем, что хранит королевство от неутолимой жажды детей ночи.

Принятие последнего далось мне с большим трудом — но больше я ни о чём не жалею.

Первое время мне несколько претило изображать из себя барона Рэдмутского, но вскоре, когда вся старая прислуга была либо уволена, либо завербована, я наконец смог заняться главной задачей.

У Антинаэля, надо признать, довольно забавное чувство юмора — с его лёгкой руки наш клан стал называться Эр’хант Cо’льем, что на языке Низвергнутых означает «Странствующие под Солнцем».