Кровавый вкус победы

Я всё ещё пытался разбивать речь демона на отдельные слова, но получалось плохо — настолько чуждым казался мне этот язык — но опыт подсказывал, что один из демонов подбивает второго самовольно покинуть пост. Зачинщик воодушевлялся всё больше, в то время как его собеседник отбивался всё неувереннее. Наконец он сдался, и охранники, смеясь, вышли. Выждав пару минут для надёжности, я подошёл к клетке, снял с гвоздя забытую связку и вставил ключ в замок.

— Ну надо же. Герой. Или идиот. Что, впрочем, одно и то же, — меланхолично прокомментировал пленник из дальнего угла.

К слову, на чистейшем вэлифарском.

— Не слишком ты рад моему появлению, — вскользь заметил я, воюя с неожиданно тяжёлым запором. — Во сне ты молил о свободе куда убедительнее.

— Ах, это, — демон иронично улыбнулся. — Всё Троемирие находится в постоянном движении. Иногда барьеры между Бездонными Провалами и Перворождённым миром слабеют, истончаются, и тогда мне удаётся послать кому-нибудь из смертных сон. Тысячу лет я использую любую лазейку, чтобы сделать это.

Знаешь, такая сладенькая пилюля надежды посреди безысходности... Но, чтобы кто-то в самом деле сюда явился? Я даже не думал, что существуют такие идиоты. Или герои, называй как хочешь. Впрочем, я повторяюсь.

Замок наконец поддался, и я распахнул скрипучую дверь:

— Тебе достался единственный экземпляр на всю Саладеру. Но давай обсудим это позже, как-то обстановка не располагает чесать языком. Охранники могут вернуться.

— Вернуться? — Антинаэль коротко хихикнул, или скорее хрюкнул.

— Не смеши. Если в кабаке красотка Лии’тхет танцует, они проторчат там не меньше пары часов. Знал бы ты, как невыносимо слушать однообразные и пошлые дифирамбы про её прелестные ноги. Это выматывает больше, чем любые пытки.

Тем не менее он поднялся, скорее формально отряхнул свою набедренную повязку и неторопливо прошествовал к столу у стены пещеры, где лежали длинные щипцы, и деловито ими щёлкнул.

— У тебя оружие есть, герой? А, вижу. Хорошо.

Он на пробу взмахнул щипцами.

— Не то, к чему я привык, но сойдёт.

Я переступил с ноги на ногу, одним только этим выдав своё нетерпение. Антинаэль снова улыбнулся с видом философа, познавшего все тайны мироздания:

— Пока мы здесь, нет нужды никуда торопиться. Поэтому просто постарайся набраться сил — чтобы покинуть Пустоши, придётся изрядно побегать.

Его отрешённое спокойствие начинало меня порядком раздражать. Демон же, изящно игнорируя моё настроение, посетовал:

— Между прочим, это даже обидно.