Волхв пятого разряда

– А пистолет?

– На бал с оружием не ходят, – вздохнул Касаткин-Ростовской.

– У меня есть! – сказала вдруг наследница. Полезла в сумочку, достала пистолет и протянула волхву. – Дед подарил, похвастаться хотела.

Она смутилась. Николай взял пистолет и быстро рассмотрел. Небольшой, покрыт богатой гравировкой. Накладки на рукояти из слоновой кости. Он выщелкнул магазин – тот, слава Богу, не пустой.

– Сколько здесь патронов?

– Двенадцать.

– А запасной?

– Не брала.

– Надеюсь, хватит.

Он скользнул опять к столам, плеснул в окошко магазина воды из откупоренной бутылки, стряхнул излишки и накрыл окошко пальцем.

– Что вы делаете? – спросила подошедшая великая княжна.

– Патроны зачаровываю. Я видел мага у крыльца, – Несвицкий вставил магазин обратно и обернулся к залу. Там суетились. Горчаков с Синицыным запирали двери, им помогал церемониймейстер, подтаскивая стулья, Борис укладывал гостей на пол, покрикивая на нерасторопных. – Вам лучше лечь, Екатерина. Вон там, в простенке, – он указал рукой.

Державшаяся рядом с ним невеста кивнула. А князь тем временем вскочил на подоконник, открыл окно и вылетел наружу.

– Идемте, ваше императорское высочество, – обратилась к ней Марина.

– И не подумаю! – нахмурилась наследница. Она была уязвлена бесцеремонным поведением Несвицкого. Тот обратился к ней по имени… – С чего он тут распоряжается? Да что он возомнил? Наглец и хам!

– Он добрый и заботливый, – Марина улыбнулся. – Он не желает, чтоб мы пострадали, поэтому командует.

– Уверены?

– Он не таких зверей валил, – ответила невеста князя, и Екатерина поняла, что говорит она со слов Несвицкого. Не подходило это выражение для девушки. На миг ее кольнуло чувство зависти: быть столь уверенным в своем мужчине… – Никуда я не пойду, тем более, не лягу. Я Рюриковна! Они врагам не кланяются…

Несвицкий опоздал. Пока возился с цесаревной, организовывал защиту публики, террористы покончили с охраной и прорвались в холл дворца.

Он не ошибся. Один из террористов без оружия, возился у окна в сторонке. Двое стояли перед входом в бальный зал и меняли магазины в автоматах. Они были готовы вновь стрелять, и Николай открыл огонь по ним. Калибр у пистолета оказался дохлый, от силы миллиметров шесть – игрушка для девчонки.