Возгарка I

— Так пусть клыки не распускает, сразу никаких вопросов не будет! — прошипела я, сама не понимая, откуда ещё силы на возмущение взялись.

Огромный мужик посмотрел на меня жалостливым взглядом.

— Ты вся продрогла, — спокойно сказал он. — Пошли, отогрею.

Идти в каюту, где Рихард ночью развлекался с Анной, совершенно не хотелось. Но у меня зуб на зуб не попадал, так что противиться не стала. Помощник вампира набросил мне на плечи шерстяной плед, усадил у маленькой корабельной печурки и сунул в руки кружку травяного отвара с малиной.

— Вас Войко зовут? — спросила я, отпивая горячей сладости.

Кружка согревала ладони, а те старались не выронить её.

Он кивнул и налил себе чаю: простого, ни варенья, ни спиртного не добавил.

— А ты Ярочка? — присел моряк на табурет, и тот пискнул под тяжестью.

— Яромира, — скривилась я. Уже подташнивает от того, что уменьшительно-ласкательно меня стали называть не только близкие, но и неприятели. Да, я сама виновата, тогда в лесу представилась вампиру «Ярочкой», но это же с перепугу!

— Как, скажешь, лапушка.

Обречённый вздох покинул лёгкие. Да, конечно, «лапушка» намного лучше.

Внезапно пришло осознание, что встреча с вампиром у водопада случилась всего несколько дней назад. Казалось, что это произошло в далёком детстве. Даже смерть матери и её жуткие похороны не заставили меня повзрослеть так, как эта чудовищная хренотень.

— Вы ведь человек, да? — спросила я.

— Ну, я ведь хожу при свете дня, верно? — верзила показал крупные зубы в улыбке.

— Почему вы ему помогаете?

— Непростой вопрос, девонька. Если коротко, он спас мне жизнь, когда я был ещё парнишкой. Взял к себе, обучил. Я всем ему обязан.

— И потому помогаете ему охотиться на людей? — негодование превратило мой голос в визгливую пилу.

— Скорее, не мешаю, — примирительно сказал Войко. — Пособлять ему в этом обычно не приходится, девчонки сами вешаются. Да не переживай ты за свою сестру, ничего с ней не станется. Как говорится, поматросит и… дальше поплывёт.

— Так она не станет вампиршей? — удивлённо воззрилась я.

— Да что ты, лапа. У вас по сию пору в эти россказни верят? Укусы лишь слегка заразны. Зато заживают хорошо, на ней даже шрамов не останется. Потом поест чесночку, погуляет на солнышке и всё пройдёт.

— Получается, моей маме зря кол в сердце вбили… — ресницы невольно опустились. Терзавшие меня воспоминания ещё не отступили. — Она бы и так не воскресла? — я подняла взгляд.

Сурово сдвинутые брови наморщили лоб.