Возгарка I

Когда отправили разливать борщ по тарелкам, я украдкой добавила в него чесночного сока с мякотью — от души добавила. Анна съела только ложку, поперхнулась и не стала. Остальным вкус борща тоже показался испорченным. Отчим ругался, бабушка заявляла, что готовила, как обычно. Потом все покосились на меня, но уличить не смогли.

Последние события научили меня относиться к домашним неурядицам проще, так что морда моя изображала свежий, только обожжённый кирпич. И нарисованные на нём глазки излучали полное непонимание.

Когда мы с Анкой готовили зал для вечерних гостей, я заметила, как она томно вздыхает и посматривает на часы.

Казалось, будто грудь девушки теснится за жилетиком в полном изнеможении, синие глаза стали озёрами полуночной тоски.

— Ждёшь своего принца? — резковато спросила я, выставляя солонку на очередной столик.

Сестрёнка на меня шикнула, с шелестом подъюбников подошла и украдкой спросила:

— И ты туда же? Ярочка, мне одних приставаний Либушки хватает.

— Ты ночью куда-то ушла, — выпалила я обвиняющим тоном, сдерживаться больше не получалось.

Анна нервно поправила шарфик, огляделась.

— Ты-то откуда знаешь? — почти прошептала она.

— Да проснулась я — вот откуда, а тебя нет, — я заправила выбившуюся прядку за ухо и облизала кровоточащие губы. — Зато есть ушат с мыльной водой в сенках.

— Так это ты его вылила? Фух, а я-то всё боялась, думала, бабушка.

— Анка, ну что с тобой? — набросилась я, но тут же взяла себя в руки.

Совестить бесполезно. Она же не виновата. Вампир обворожил её, причём вовсе не своей галантностью.

Просто тяжело общаться с человеком, который вроде всё понимает, говорит прежним голосом, смотрит любящими глазами, но больше не владеет собой. Кажется, что достаточно схватить сестру за плечи и потрясти, чтобы очнулась от наваждения.

И я действительно схватила и потрясла:

— Ты не должна больше с ним видеться, понимаешь? Пожалуйста, не надо гулять с этим типом! Ты не знаешь, кто он!

— И кто же? — она убрала мои руки с плеч.

Я прикусила язык.

— Так, кто? — мягко подтолкнула сестра.

— Проходимец он, вот кто, — я отвела взгляд и до боли прикусила уже и так изжёванную губу. — Детей тебе заделает, будешь потом от отца до конца дней огребать.

— Тихо ты! — она прижала ладонь к моему рту.

— А что тихо? — я убрала приятно пахнувшие пальцы. — У тебя ведь с ним было, да?

— Ярочка, тебе ещё рано о таком спрашивать, — покачала она головой.

— А тебе рано таким заниматься! Кто тебя теперь просватает?

— Всё будет хорошо.