Временщик 5

За все время я пользовалась его способностями всего пару раз. Даже как-то перестала обращать на него внимание. Но вот и Взлет пригодился.

— Рис, еще как пригодился! Скажи, а вот с этим ты ничего сделать не можешь?

Я поднял свою раненую руку, если так можно было высказываться о протезе. Кисть висела культей и абсолютно не слушалась моих команд, разве что смешно болталась при ходьбе, но это был весьма слабенький плюс.

— Я полечить могу обычную руку, если ранение несерьезное. А тут механик нужен, — Рис покачала головой.

— Не бойся, мы его тебе найдем. Если выберемся.

— Когда выберемся, — поправил я ее.

По приходе к яйцам нас ждал один неприятный сюрприз. Собственно, самой кладки уже и не было, лишь груда яичной скорлупы и разбегающиеся в разные стороны от трупов гномов, будто крысы, крохотные создания. Худые, с длинными на фоне остального тела шеями и кривыми, еще не колоноподобными ножками с острыми когтями. При желании мы могли бы поймать маленьких гидр. Пусть не всех, однако большую часть. Но, переглянувшись с Рис, я понял, что этим мы заниматься не будем.

Да и во имя чего? Тех кирдцев, что бросили нас сюда? Или какого-то человеко… простите, гномолюбия? К тому же, это мне подумалось — в последнюю очередь, но все же, — любое действие, которое я совершал, могло повлиять на карму. Потому, по задумке, и ликвидировать гидру должна была Рис, а не я. Кстати…

— Карма сильно поднялась после убийства?

— Ощутимо, — призналась девушка, — чуть Лик не слетел даже. И известность повысилась. Что называется, с кем поведешься…

— Не боись, как только эти твари чуть подрастут, то устроят тут жару.

Если, конечно, гномы не догадаются обыскать пещеру и убить их раньше.

— Толку-то, — Рис указала на пролом в горе.

И в ее словах была доля истины. Потому что если основная часть гидрят отбежала на значительное расстояние и ждала, пока мы отойдем от их еды — вот ведь наглые заразы! — несколько существ уже пытались выбраться отсюда, карабкаясь по неприступным для нас скалам. Здесь кривые когтистые лапки им были в помощь.

Да и хвост, пусть еще не длинный, помогал отталкиваться, совершая небольшие прыжки. Подъем многим давался тяжело, парочка даже сорвалась на ближайший камень. Один детеныш упал, полежал и поднялся снова, другой так и остался недвижим.

— Выживут?

— Им деваться некуда. Существа не самые глупые. Вьюльф вот понял, что можно ничего не делать, лишь стучать изредка хвостом по горе, и еда сама будет приходить. Из этих выживет не больше трети, да на то и расчет.