Временщик 5

Пока гидра шагала ко мне, я успел несколько раз хорошенько приложить ее с расстояния. Целью для себя я выбрал правую голову, точнее, шею. Сейчас на ней красовались тонкие полоски крови, стекающие между чешуек. Только у меня такое ощущение, что это далеко не смертельное ранение. Об этом говорил и хитбар над гидрой, за все время почти не уменьшившийся.

И все-таки долгие годы жертвоприношений не прошли даром. Вьюльф разомлел, разучился сражаться с пусть неравными, но хоть как бы то ни было опасными противниками. Это я с легкой руки отвесил такой скромный комплимент себе.

А что, мне кажется, все вполне заслуженно.

От рывка средней головы я уклонился, сделав шаг в сторону; от выпада правой, израненной, присел. Тут же хлестнул по шее плетью. Та крепко опутала гидру, я оттолкнулся от стены и пролетел, будто на тарзанке, в другую часть пещеры. По ходу я даже успел рубануть кацбальгером по шее, однако клинок скользнул вдоль черных чешуек и не причинил монстру никакого вреда. Нет, так мы здесь каши не сварим.

Я приземлился чуть поодаль, в опасной близости от гидры, потянув плеть на себя. С обычной бы ничего не произошло, но призванная мной послушно расплелась и была готова к новой крови. По поводу ног чудовища я поторопился. Как только Вьюльф понял, что цель находится совсем рядом, то завалился в мою сторону. Видимо, рассчитывал меня расплющить. Со всем Сережей не получилось, а вот голеностоп попал в западню. Жирную, многокилограммовую западню. 

∞

Отскочить я успел, даже полоснул по месту, где соединялись все три шеи.

И до сих пор не понимал, что с этим огромным мясокомбинатом делать. Плеть наносила урон, достаточный для того, чтобы гидра заинтересовалась мной, но недостаточный, чтобы ее убить. Кацбальгер хорош, однако чешуя у Вьюльфа вроде кольчуги. Куда ни кинь  — везде клин.

Только я уже собрался посыпать свою дурную башку пеплом, центральная голова чуть поднялась вверх и заверещала. Боковые тут же изогнулись назад, видимо, разглядывая причину этого ора.

Хитбар чуть дрогнул, прополз вниз и снова замер. Но, кроме этого, произошло еще кое-что. На мой взгляд, весьма важное событие.

В момент атаки на Вьюльфа, все чешуйки, будто подвергшись единому порыву, на мгновение приподнялись, словно тысячи маленьких щитов защищались от летящих в них стрел. А мне приоткрылась плоть гидры. Зловонная, жирная, лоснящаяся и вместе с тем беззащитная. Такого шанса я упустить не мог.

Кацбальгер рассек воздух, впиваясь в сочное мясо.