Словно дикий зверь

Сам же он обливался потом и кровью, чувствуя, как стремительно тают силы.

Споткнувшись о торчавший корень, молодой орк вдруг упал навзничь, с ужасом понимая, что это конец. Граф мгновенно оказался рядом и выбил оружие из ослабевшей руки упавшего врага. На лице человека возникло выражение торжества. Он занёс меч для добивающего удара, и вдруг от его нагрудника отскочила орочья стрела. Граф покачнулся, резко поднимая взгляд и выискивая наглеца, посмевшего выстрелить в него.

Из чащи показалась Линна с луком в руках.

– Линна? – растерялся граф, опустив оружие и с какой-то детской обидой глядя на любимую орчицу.

Женщина встала перед человеком, заслонив собой упавшего орка.

– Ты не получишь его жизнь, – твёрдым голосом произнесла она. И эти слова разозлили графа. Он не привык к отказам.

– Тогда вы оба вернётесь в замок! Он – в подвал! А ты – в мою постель! И ты будешь ласковой, если хочешь, чтобы твой дружок прожил подольше! Ты поняла меня?

– Я поняла, – сказала Линна и спустила тетиву.

Гэмбл дёрнулся с удивительным проворством, и стрела, летевшая ему в голову, лишь оцарапала щёку. Но в этот момент начал действовать Далрод. Он нащупал на земле ту первую стрелу, отскочившую от нагрудника графа, резко метнулся вперёд и вонзил наконечник стрелы под колено врага.

Человек заорал от внезапной боли, припал на одно колено и выронил меч, которым мгновенье спустя завладел орк. Быстро вскочив, Далрод занёс меч и обрушил клинок на врага.

Побледнев, он с удивлением уставился на обрубок, из которого рывками струилась кровь. Взгляд графа помутился. Потеряв сознание, человек рухнул лицом в лесную подстилку, громко лязгнув доспехами.

Линна радостно посмотрела на Далрода, но тут же счастливое выражение на её лице сменилось неподдельным ужасом. Далрод стоял, опустив меч и покачиваясь. По его лицу, рукам, груди и животу обильно текла кровь.

– Я же обещал тебе. Скоро ты увидишь Дом… – сказал он и рухнул рядом с графом, лишившись последних сил.

***

Спокойный голос читал слова древней молитвы. Пространство было наполнено светом, в котором тенями появлялись и исчезали лица – родных, друзей и врагов. Хоровод видений плыл из глубин памяти. Почему-то становилось то невыносимо жарко, то очень холодно.