Астерий: Не стой у мага на пути! (1)

Кость, наверное, я ему не сломал, но тесак тут же вырвало из его пальцев. Оружие упало наземь, брякнув о камни, а в глазах моего беззубого противника кроме изумления появился еще и страх. Теперь он был в еще большем недоумении. Как это могло произойти: я стоял более чем в трех шагах от него, и вдруг каким-то чудом достал до его руки, ударив так жестко словно молотком?

- Ты очень пожалеешь! Подзабыл кто такой Барон? Он напомнит! - пообещал он, пятясь. - Мне жалко тебя, Кремень-Кремешок. Впрочем, ты теперь не Кремень, ты просто Райс.

- Дружка забери, - я кивнул на кривоносого, так и сидевшего посреди дороги на заднице, и повернулся на оклик Ионэль.

- Магистр Райс, у меня интересный вопрос: перерезать ему горло? – эльфийка, стоя позади Григора, сильнее прижала сверкающий Эрок ниже его вздрагивающего подбородка, - С одной стороны, как я понимаю, он твой друг. Да? А с другой, если одним негодяем из Медной Руки станет меньше, городская стража мне скажет только спасибо.

- Вопрос не ко мне. Спроси совета у богини Наирлесс.

С ее именем ты начинала свой кровавый танец, значит она ведает твоими поступками, - сказал я. И не без удовольствия отпустил комплимент: - Вижу с клинком ты так же хороша, как и с луком. Приятно было на тебя посмотреть, прекраснейшая трех королевств, - я поднял трофейный тесак, подошел к эльфийке и стоявшему на коленях Гигору, упер острие тесака в его плечо и спросил: - Ты извинился перед госпожой Ионой?

- Да. Я был не прав, - простонал он, видимо страдая от раны – грудь и плечо его были рассечены.

- Тогда не будем кровожадны. Смерть ничтожного негодяя не добавит нам ни славы, ни удовольствия, - решил я.

- Пусть будет так, - согласилась эльфийка, убрала клинок от его горла и отсекла им длинные волосы Григора, которые держала в левой руке. С правой стороны его головы образовалась заметная проплешина.

На том самом месте мы простояли еще несколько минут, дожидаясь, пока посрамленные меднорукие исчезнут за поворотом к лесному складу. Они уходили медленно, оглядывались и громко говорили о чем-то, похоже винили в неудаче друг друга.

- Ну, рассказывай, магистр Райс, что тебя связывает с этим отребьем? – усмехнулась Ионэль, давая понять, что теперь она знает обо мне несколько больше.

Жизнь прошлого Райсмара мне самому была не слишком по душе, но, если я скажу остроухой, мол он это вовсе не я и начну рассказывать об переселенце-Астерии, она снова назовет меня сказочником и обвинит в трусости признать правду.