Тысяча Граней-2. Турнир Пяти Башен

Всё остальное лишь волна последствий этих ключевых выборов.

«Но ты ведь и в дальнейшем выбирал, как поступать».

Всё это следствия…

Я тяжело вздохнул.

Ладно, не будем об этом. Как говаривал Гасиф: происходящее — цепь случайностей; всё, что нам остаётся, это действовать в соответствии с происходящим… или вопреки ему.

* * *

Весело потрескивал костёр, искры взметались в небо и гасли, подхватываемые озорным ветром. Пиликали в кустах сверчки, навевая воспоминания о доме — во дворе наших пятиэтажек они так же распевали летом брачные песни, доносившиеся с улицы через открытое окно.

Медленно скрежетал точильный камень по клинку двуручника в могучих руках Гасифа. Наставник молчал, а мы с Гехиром сидели напротив и ждали серьёзного разговора, который обязательно предварялся долгим молчанием и заточкой клинка. Подобный ритуал чемпион прошлого турнира устраивал раз в неделю, чтобы объяснить нам, как он выражался «парочке ослов», премудрости пути воина. Это в тот момент мы терпеливо ждали, всматривались в пожирающие поленья языки огня, созерцали танцующие вокруг тени и слушали полную звуков ночь.

— Сотню отжиманий. Оба.

И попробуй тут поперечить.

Правда, Гехир всё равно возмутился, типа, а он-то здесь причём? Наставник посмотрел на него тем же взглядом и добавил:

— Обоим по двести отжиманий.

И всё. Одного урока нам хватило.

Прохрустев сандалиями по усыпанной гравием земле и прошелестев полами длинного платья, Эсана — жена Гасифа принесла на подносе деревянные кружки с горячим натисом. Значит, скоро состоится разговор.

Наставник отложил меч и принял из рук супруги кружку. Мы с Гехиром взяли свои с поставленного на пенёк подноса. Кивнув мужу, Эсана покинула мужское собрание.

Закончив с распитием мятного сладковатого напитка, Гасиф поставил кружку на поднос.

— Происходящее — цепь случайностей, — начал наставник. — Неуправляемых случайностей. Поэтому всё, что нам остаётся, это принять их и действовать соответственно с ними… или вопреки им.

Мы молчали, внимая словам Гасифа. Да и спрашивать у него что-либо было нельзя, пока он не закончит.

— В нашу первую встречу, Шаин, ты спросил: почему бывший чемпион турнира несёт службу обычного стражника, — он усмехнулся.