Тысяча Граней-2. Турнир Пяти Башен

Удивительно, но тот ещё был жив, хоть и выглядел неважно — один шакрам торчал у него в груди, второй — в животе. С такими ранами не живут. Стоит выдернуть оружие — достаточно мысленно приказать, и всё — противник истечёт кровью. Но Инад не спешила, всматриваясь в льдисто-синие глаза гиганта.

— Надо же… повержен… женщиной, — воин усмехнулся, с уголка губ на бороду потекла струйка крови. — Позор мне.

— Нет, — Инад покачала головой. — Ты храбро и достойно сражался.

— И всё же… ты права… я кусок дерьма. Хотел стать героем… а теперь… меня даже Тугор в свои чертоги… не примет.

Как… тебя зовут? Хочется… знать… имя той, кому я… проиграл.

— Инад.

— Инад, — прошептал воин. — А каков… твой образ… предназначения?

— Парящий орёл.

— Дурак… — воин улыбнулся. — И я хотел… одолеть ту… что несёт… на себе… благо… словение… мудрости Тугора? Значит, старому… ледяному воину была нужна… моя жизнь. Хорошо. Тугор примет… меня… в свои чертоги. Я… рад.

Он замолчал. То ли устал говорить, то ли дальнейшие слова более не имели смысла.

Инад протянула руки — шакрамы в ранах задрожали, лицо гладиатора исказила гримаса боли. С противным чавком смертоносные диски вышли из тела воина, кровь обильно ринулась наружу, карминовые струйки стекали с огрубевшей под ледяными морозами кожи на песок.

— Прощай, воин, — Инад развернулась и зашагала прочь — лишь бы убраться отсюда как можно дальше.

Она победила. Победила того, кто, как и Ухеш, был отмечен образом рычащего льва. Теперь главное — не попадаться никому на глаза.

Вахиразу — уж точно. Инад не могла использовать «Бурю» более чем раз в день — слишком много сил пожирала способность. Так что главный козырь не доступен, что совсем не радовало. До заката ещё далеко, поэтому нужно продержаться — хоть как-нибудь.

Оставив позади четыре перекрёстка, Инад остановилась на пятом, не понимая, что заставило её замереть. Прислушавшись к зову сердца, девушка свернула налево, надеясь добраться до центра лабиринта.

* * *

Мир Китрун. Земли кланов Серебристых гор.

За год до начала Турнира Пяти Башен.

Солнце медленно поднималось над заснеженными пиками, освещая раскинувшуюся внизу долину. Редкие облака воздушными китами лениво плыли по воле ветра за перевал в тёплые края, иногда задевая горные вершины. И тогда небесные странники на некоторое время ложились отдохнуть на краю скал, чтобы вскоре вновь отправиться в путь.

Опершись руками о массивные перила, Бегур стоял на балконе и смотрел вдаль.