Пепел Предтеч

Совершенно неожиданно, она взобралась на меня с бедрами и оседлала живот. Я задохнулся, когда её лицо стало совсем близко, и бирюзовые глаза встретились со мной взглядом. Тонкие ладони девушки дотронулись до моей груди, и пошли вдоль, пока не сомкнулись крепко на моей шее...

Я только теперь догадался, что эта ласка не была прелюдией перед занятиями любовью. На лице Белки было слишком серьёзное и печальное для этого выражение.

— Пожалуйста, не говори моему брату о том, что я попрошу тебя сделать, — прошептала она. — Он найдёт способ меня переубедить.

— Что такое? — я вздохнул, всё ещё чувствуя крепкую хватку её рук на моей шее. Белка слабо улыбнулась в ответ.

— Вскрыть кристаллы — это преступление, — поджала девушка губы. — И поэтому, как только это случится... тебе придётся стереть мне память.

— Что!? — я поперхнулся и попробовал встать, но Белка слишком плотно прижимала меня к постели, и не сдвинулась с места. По её взгляду я понял, что она нисколько не шутит.

— Стереть память — это тоже тяжёлое преступление, Антон, — слабо улыбнулась мне девушка.

— Боже мой, Белка!? — я изумлённо уставился ей в лицо. — Зачем тебе это может быть нужно!?

— Затем! — она потеряла терпение. — Любой воспитатель сможет прочесть в моей памяти много чего лишнего. И тогда ты пострадаешь из-за меня, как и я.

— Что помешает ему прочитать это в моей голове? — я задал глупый вопрос и сразу понял это по смеху Шута, который раздался в моём сознании. Белка снисходительно улыбнулась.

— Чем сильнее псионик, тем сложнее читать его мысли, — ответила девушка. — У Артёма сложно прочесть даже поверхностные его мысли — он довольно талантлив и прилежно учился пси-проявлениям. Что касается нас, женщин, то я могу выдать чужому телепату что-то опасное, и даже не понять, как это случилось.

— Я понял, — медленно произнёс я. Аня говорила правильные вещи. И пусть я пока даже не представлял себе, как сделать то, о чём она просит, но, надеюсь, после приёма Пыли это станет для меня проще.

— Когда всё кончится, — прошептала Аня мне в ухо. — Я просто хочу поселиться где-нибудь, где ты сможешь безопасно меня навещать, не привлекая внимание воспитателей. И я хочу, чтобы отцом моих детей был ты — только ты.