Титан империи

— Он еще накануне вылетел дирижаблем, и, наверное, к вечеру будет у вас, — проигнорировал его вопрос собеседник. — Рекомендую закончить заварушку как можно скорее. И оставить от города хоть что-то, чтобы было чего показывать, когда вам начнут задавать вопросы. И да. Ваша дочь жива-здорова. Хорошо учится, на одни пятерки. Помните об этом, Герасимов.

И не успел барон открыть рот, как телефон отключился.

Глава 22

Василий Григорьевич Зубр не притрагивался к сигаретам лет пятнадцать. Нет, семнадцать.

Даже покойному Михаилу Александровичу слово давал, что больше никогда не вернется к этой пагубной привычке. И он терпеть не мог, когда курили в поместье.

Но вот когда голова Евгения Михайловича скрылась в канализационном люке, а парни из оцепления зарядили по Диву из всех стволов — дворецкий не удержался.

Так он и простоял — с сигаретой в зубах, рыча в рацию и контролируя обстрел. И чем дальше, тем больше нервничал — Евгений Михайлович с ликвидаторами долго не показывались.

Слишком долго.

Как же бесит, что он, боец ранга Страж, стоит в стороне и лишь помогает Евгению Михайловичу, который только вчера стал Адептом. И чему помогает? Свести счеты с жизнью!

Но мальчик был прав. Если бы они поменялись местами, получилось бы еще хуже. Да с монстрами Василий бы справился лучше... Но тут Евгения Михайловича бы просто сожрали. А от одного имени «Зубр» некоторые даже ходят под себя, и держать Герасимовых за яйца не менее важно, чем махать мечом.

Когда Евгений Михайлович, наконец, появился, в зубах у дворецкого Скалозубовых дымилась уже десятая сигарета.

А потом...

Твою мать! Человек вокруг которого вращалось так много, наследник рода, вдруг полез на Дива, а потом, недолго думая, сиганул ему в пасть.

Хлоп! — и от его Евгения Михайловича не осталось даже волоска. Див довольно рыгнул, облизнулся всеми пятью языками и с чувством выполненного долга выпрямился во весь свой исполинский рост.

— Черт! — Зубр выплюнул зажженную сигарету и включил рацию. — Огонь из всех орудий!

Див же осмотрелся, на несколько секунд замер, будто раздумывая, а потом повернулся всей своей многотонной тушей и зашагал в Монолит.

Василий опешил. Где это видано, чтобы нексы, набедокурив, просто бежали обратно?

Впрочем, глупый вопрос. Бароны тоже ни с того ни с сего в глотку к Дивам не бросаются. Или Евгений Михайлович совсем слетел с катушек, либо...