Страж Кодекса. Книга III

Твой дед, — прикрыл он глаза, — сделал всё, что от него требовала Империя. Антон погиб, как герой, и не желал бы мести.

Мы с демоном переглянулись в воцарившейся тишине.

— Он не врёт, — задумчиво сказал Заебос и спросил у пленника: — Мишаня, раз это не ты, то кто тогда?

Канцлер молчал. Путы причиняли ему боль, принося страдания и заставляя морщиться.

— Отпусти его.

— Дружище, ты уверен? — с сомнением уточнил демон. — Ты сейчас не в лучшей форме, а он Гранд.

— Забыл, что ты здесь?

— А, ну да, точно! Можешь на меня рассчитывать! Я прикрою твою спину, которую готов потереть мочалочкой в любое время.

Я вздохнул и покачал головой, а Потёмкин, даже испытывая боль, как-то странно на нас посмотрел. Тут к гадалке не ходи, и так понятно, что он там себе надумал.

Удовлетворившись результатом своей тупой шутки, Заебос щёлкнул пальцами, и путы исчезли. Канцлер всё ещё продолжал тяжело дышать, его лицо застилал пот, но он нашёл в себе силы подняться.

— Садитесь, Михаил Анатольевич. Чувствую, что нам предстоит тяжёлый разговор.

— Права отказаться у меня, я так понимаю, нет? — потёр он запястья, а затем шею.

— Мишаня, хватит тебе из себя строить целомудренную деву, — хохотнул демон. — Подумаешь, похитили, убили двух твоих людей, а затем попытали немножко. Ты радоваться должен!

Понятное дело, что Потёмкину не доставляло удовольствия находиться здесь. Мужик стал центром ситуации, в которой предстояло разобраться, и он сам это понимал.

— Дмитрий Борисович, кажется? — с хрипотцой спросил он, глядя на меня и не торопясь садиться.

— Именно так.

— Вы отдаёте себе отчёт, что после нашего разговора у вашего рода начнутся проблемы?

— Вполне, — кивнул я.

— Тогда в таком случае, — отодвинул он стул и тяжело сел, — сейчас я сделаю вид, что являюсь вашим гостем и прибыл по собственному желанию. Мы поговорим и всё выясним, но когда моя нога переступит порог вашего кабинета.

А у него стальные яйца, раз он задвигает завуалированные угрозы. Да и его ранние слова о том, что Империя не простит предателя, убившего Канцлера... Твою мать.

— Ты проверил его на артефакты? — посмотрел я на демона.

— Упс...

— Именно так, — кивнул Потёмкин, бросив взгляд на Заебоса. — Упс. Вы, господа, вырыли себе могилы. А теперь, Дмитрий Борисович, ответ на вопрос вашего «друга». Нет, я не знаю, кто мог стоять за нападениями на вас и ваших родных.