Клыки и монеты

— Значит, драться не умеешь, — покачал головой Герхард, все еще пристально следя за лицом Эйбехоста. — Насколько знаю, ты учился на медика?

— Да.

— И можешь это доказать?

— Только своими знаниями. Я не доучился последние четыре месяца в университете Тильдоре, и не получил лицензию на врачевание и хирургию. Но разбираюсь в медицине не меньше, чем мои однокашники. Я хорошо знаю устройство человека.

— Правильно ли я понимаю... — Герхард сделал долгую паузу, выжидающе смотря на юношу, — что у тебя нет ни знаний, ни умения постоять за себя, и надеешься ты исключительно на родственные связи? Что дядя Абель поможет устроиться?

— По-вашему выходит, что так, — не изменившись в лице, спокойно ответил Симон.

— Только это неправда. Однажды я вышел победителем из драки с тремя противниками. Живым, на своих двоих. А последние полтора года в университете я лечил бедняков в городе Тильдоре, чтобы заработать на жизнь и оплату обучения.

— Это нелогично, друг мой Симон. Зачем лечить бедняков, у них же ничего нет? Как на них заработать?

— Потому что никто не спросит с тебя за ошибку, если не удастся вылечить.

В трущобах гораздо чаще болеют и там совсем не важно, есть у тебя степень бакалавра или нет. Я брал помалу, но с многих. Чтобы жить, приходилось лечить всех, не выбирая.

— Полагаю, та самая драка произошла в трущобах?

— Да. Один из добрых горожан решил, что я приложил слишком мало усилий для того, чтобы спасти его дочь. Он ошибался, но доказать я это смог только кулаками. К сожалению.

Герхард внимательно слушал историю, пытаясь понять, насколько искренним был собеседник.

Пока ему нравилось то, что он слышал.

— И чем все закончилось? Ведь раз ты здесь, все именно что закончилось.

— Я слишком сильно хотел заработать. Люди приходят, если слышали о тебе. Чем известнее твое имя, тем больше больных. Так я думал. Оказалось, что думал неверно — о подработке стало известно в университете. Меня с позором исключили и запретили врачевание в любой форме и при любых обстоятельствах до скончания жизни.

— И ты не пытаешься это скрыть? — удивленно поднял брови охотник.

— А разве мы собираемся кого-то лечить?

Герхарду не понравился дерзкий тон, которым ему ответил неудавшийся медик. Предполагаемый ученик в свою очередь попытался прощупать, как и что можно было говорить. В наступившей тишине Симон неуверенно улыбнулся, словно бы предлагая считать свою последнюю фразу шуткой.

— Умеешь работать разрешенным к ношению оружием? — продолжил расспрос Герхард.