Клыки и монеты

Пока это были лишь мало подтвержденные истории, но Герхард знал, что у охотников была немало возможностей уйти от ответственности за убийство. Видя, во что превращается Франциск, Герхард верил в правдивость рассказов.

— Пойдем, времени мало, — хрипло прокаркал Франциск.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и скрылся в соседней комнате. Более вежливый Эзра извинился, прежде чем последовать за напарником.

— Герд, прости, поговорим чуть позже. Нам нужно закончить с добычей.

Когда оба скрылись, Герхард подобрал трость, пожал плечами и пошел вслед за ними.

Охотник осторожно заглянул в комнату. Секунду постоял на пороге, потом молча развернулся, вышел. Выдохнув, сплюнул себе под ноги.

Не сумев придумать причины остаться в коридоре, охотник вернулся в комнату, еще недавно бывшую спальней. В центре стояла широкая кровать с четырьмя витыми столбами, раньше державшими балдахин. Сейчас его сорвали и бросили в сторону. Белые простыни стали бурыми от засохшей крови. А в центре кровати лежало человеческое тело, привязанное за руки и ноги к четырем столбам.

Над ним стоял Франциск и небрежно раскладывал органы вампира по склянкам. А на полу рядом с кроватью лежало еще два мертвеца, с виду обычных человека. И Герхард готовы был биться об заклад своим патентом медика в том, что лежали они там не час и не два. По меньшей мере — дня три, о чем недвусмысленно свидетельствовал тяжелый запах.

— Эзра... — только и смог проговорить Герхард.

Тот покачал головой в ответ. Вместо него ответил напарник.

— Они его покрывали.

И не позволили добыть. Как бы не был плох член семьи, от родственных связей отказываться нельзя. Так говорил вон тот, лысый. Вначале. Потом все пошло нормально, пока не появился второй. Он задавал много ненужных вопросов и тоже не понимал, почему вампиров нужно убивать. А после него все, никаких трудностей. Знай себе сиди и жди кровососа. Эзра? Я закончил.

Франциск вытер вспотевшее лицо рукавом, осторожно, чтобы не запачкать кровью. Эзра складывал склянки в короб, точно такой же, как и у Герхарда — их делал один мастер.

В это время Франциск закинул тела убитых на кровать. Расчет был простой — после распада вампира мертвецов будет невозможно опознать.

— Идем? — подняв короб на плечо, спросил Франциск.

— Сможешь донести сам? Чтобы не оказалось, что Герхард тратил время зря.

— Хорошо, — безразлично ответил тот. Казалось, весь его энтузиазм исчез, когда закрылась крышка короба. — Это не сложно.

— Только большая просьба, не идите к Гаспару.