Клыки и монеты

Молодой дворянин с облегчение вздохнул, когда с него стащили двух моряков. Это заметил один из захватчиков, чувствительно ткнул дубинкой в живот Оливера.

— Пусть сам идет, с меня хватило этих двух тюленей.

Фон Цаузер почувствовал, как его почти сбросили с телеги, с трудом удержатся на ногах, после чего его подхватили под руки и сноровисто потащили, так что сапоги Оливера едва задевали землю. Шагов двадцать спустя он зацепился ногами за низкий порог, утоптанную землю сменили тесаные доски.

Его вели достаточно долго, судя по всему, помещение было немалых размеров.

Оливера резко остановили, повернули направо. Послышался резкий приказ:

— Развяжите ему руки.

Фон Цаузер почувствовал, как веревки на запястьях ослабли. Следом последовал толчок в спину, он снова споткнулся о порог, на этот раз куда более высокий. За спиной послышался металлический скрежет и щелчок, который обычно издает закрывающийся замок. Торопливо скинув ослабленные веревки с рук, Оливер со второй попытки стащил мешок с головы и затравленно огляделся.

Оливер фон Цаузер стоял в металлической клетке посреди огромного склада. Совсем как зверь в королевском зверинце. Дворянин поддался первому порыву и бросился к двери, словно надеясь, что ее оставили открытой. Массивный навесной замок дернулся в петлях, но железные стержни двери сдвинулись едва ли на четверть дюйма.

Но даже поняв это, Оливер продолжал в панике трясти решетку. Это привлекло внимание кого-то из схвативших его людей. К клетке фон Цаузера подошли двое.

Первый был высоким и широкоплечим мужчиной лет сорока, с грубой обветренной кожей и не сходившим морским загаром. Он нес в левой руке канделябр на три свечи. Присмотревшись, Оливер увидел, что на правой ладони не хватало большого, указательного и среднего пальца. Его можно было принять за моряка.

Второй мужчина, на вид чуть старше первого, больше походил на зажиточного горожанина, живущему в приличном районе города. Он сильно хромал на левую ногу, но тростью или костылем не пользовался.

Было видно, что первый подстраивался под его скорость.

— Освети его, — хрипло приказал хромой. По выговору стало ясно, что родом он не из Альзенбурга. Моряк поднес свечи к клетке, Оливер отступил на шаг, закрывая глаза ладонью. — Сегодняшнее приобретение?

— Да, мои ребята взяли вместе с теми двумя. Убегал от них. Не осталось выбора — он видел, как забирали моряков, нельзя было оставлять свидетеля. А трое больше, чем двое.

— Больше, — кивнул хромой.