Заклинатель Душ 2

Эти шакалы утверждают, что наша магия — это проклятие и что мы распространяем его, заражая злом все земли, — мать отпила вина из кубка, который подал ей слуга, опустившийся перед её ногами на колени.

Я чувствовал, как от Верховной Жрицы Тьмы исходила ярость, когда она говорила об инквизиторах, но при этом она хорошо владела своими эмоциями и не один мускул на её лице не дрогнул.

Мне были хорошо известны её помыслы и желания, связанные с процветанием и господством некрорианцев над другими расами. Ведь в прошлом она была высокопоставленной жрицей в древнем культе, который поклонялся Смерти.

И после потери своей семьи, которую уничтожили Божественные Аватары — физические воплощения полубогов, посланные на землю для борьбы с тёмными силами, она обратилась к запретным знаниям некромантии, чтобы обрести власть над самой смертью. С тех пор матушка стала символом страха и почитания среди тех, кто изучает тёмные искусства.

Селестра — так звали мою мать, стремилась к владычеству над живыми и мёртвыми.

Она желала расширить царство некромантов за пределы Некрополиса, чтобы установить новый порядок, где жизнь и смерть будут подчиняться воле архинекромантов.

Но несмотря на свою мощь, матушка была частично уязвима перед древними артефактами и ритуалами светлой магии, которые могли разрушить её тёмных созданий или ослабить её силу. К тому же, связь с миром мёртвых делала Верховную Жрицу Тьмы чувствительной к нарушениям в балансе между жизнью и смертью.

Поэтому неудивительно, что она испытывала такую яростную ненависть к инквизиторам, которые встали на пути некромантов.

К тому же, силы загробного мира вышли из-под контроля так не вовремя, что теперь в округе царит хаос, — продолжила матушка. — Поэтому, пока твой отец занят войной с врагами, я выступаю временным регентом в Мортисе.

— Значит, за помощью я должен обратиться к тебе, — сказал я, снимая шляпу и зажимая её под мышкой, начал шагать от стены к стене.

— Нет, сын мой, поубавь свою торопливость, — остановила она меня царственным тоном.

— Я ещё не закончила и не выразила всего своего недовольства по поводу твоих действий.

О, да, это была моя мать! Начиналась самая неприятная часть разговора, и я понимал, что избежать её не удастся.

— Если бы Владыка Теней был сейчас в тронном зале, ты бы, Влад, не успел и слова сказать, — один уголок её губ слегка изогнулся в ухмылке. — Отец встретил бы тебя увесистой "радушной" оплеухой, блудный сын, — сказала она с сарказмом.