Восхождение Примарха - 4

А как же тогда было у Олега?

— Ну, — сказал я, потирая ладони, — я надеюсь не только «отлично» по налогообложению получить, но и сделать так, чтобы Никифор мне все налоги и посчитал. Где-то, к слову, их снизив по возможности.

— Ты просто гений! — сказал мне дед и похлопал по плечу. — Браво!

— Послушай, я вот тут спросить хотел, — решил я сменить тему. — А как у нас вообще в род принимают. И это обязательное условие, или как? Что будет, если этого не сделать?

Дед задумался. Он явно анализировал мои вопросы, чтобы понять, как лучше мне ответить.

— Что касается самого ритуала, то у всех он разный, — ответил он мне после недолгого размышления. — Например, вас мы на смерчах таких вот — метровых, — он показал руками, — катали. Как у других — не знаю. Но, наверняка, это напрямую связано со стихией, которой владеет род. Что же до необходимости этого. Не знаю, вроде бы это просто ритуал, дань традициям, но ни у кого даже мысли не бывает его не проводить. Это, знаешь, вроде как и формальность, но без неё не обходятся.

Я, конечно, слышал, что есть те, кто не выполняет ритуал, и у них потом дети болеют, но документальных подтверждений этому я дать не могу.

— Понятно, — сказал я и задумался сам.

А что если Олега не приняли в род, не исполнили эту формальность, и теперь он, выражаясь словами Штопора, как паутинка на осеннем ветру? Очень даже может быть, не так ли?

— А к чему ты это спросил, если не секрет? — поинтересовался дед. — Если что, тебя принимали по всем правилам, так что ты — наш, — он снова хохотнул.

— В этом-то я как раз не сомневаюсь, — проговорил я, зная, что никогда не был отрезан от родовой магии, моя проблема заключалась в разрушенном источнике. — Но мне сегодня фамильяр сказал, что Олег Чернышёв отрезан от рода. Вот я и пытаюсь выяснить, что это такое и почему могло случиться и как вообще возможно.

— Чернышёв, — задумчиво проговорил дед и обернулся ко мне, чтобы ветер не особо уносил слова и можно было бы говорить тише. — Видишь ли, с Чернышёвыми не всё так просто. Около двадцати лет назад случилось сразу несколько событий.

Так сказать, череда различных случайностей. Сначала Валерий стал абсолютом. И хоть это было вполне ожидаемо, но радость-то никуда не денешь. Валерий перебрал, стал приставать к жене, а она его отшила. Ну, потому что пьяный. Вроде бы обычное происшествие, но нет, Валерий затаил обиду.

Дед говорил, а я воочию представлял события, которые он описывал. Почему-то они собирались в моей голове в законченные кадры кинофильма.