Восхождение Примарха - 4

— Если бы у нас был доступ к научной сфере наравне со всеми остальными, мы вполне могли бы поделиться неоткрытыми ещё вами лекарствами и медицинскими аппаратами, технологиями на основе эфира и ещё много-много чем полезным. Не поверишь, но у нас есть прекрасная технология починки пережжённых магических каналов.

— Почему ж не поверю? — проговорил я, вспоминая, как латал Катерину. — Очень даже. А в остальном понятно, вы за всё хорошее, против всего плохого.

— В вашем исполнении звучит даже обидно, — отозвался голос слева от меня.

— Можно хотя бы свет включить так, чтобы я всех видел? — попросил я. — Лично мне обидно, что я разговариваю с силуэтами вместо людей. А тем временем я — ваш. Я такой же эфирник, как и вы.

Мне послышалось, что кто-то вздохнул, но свет после этого зажёгся почти сразу. Впрочем, полного нарушения инкогнито удалось избежать. Трое, разговаривавших со мной людей, сидели в бело-золотых масках, какие обычно используются на венецианском карнавале.

Венеция. Италия! Я понял, откуда мне был знаком их акцент. С небольшими вариациями именно с таким говорила моя бабушка Белла.

«Архос, как там наш Штопор поживает? — спросил я своего ментального наставника. — Он не заблудился часом?»

«Нет, — ответил тот. — Хотел пробраться обратно к нам, но в этот момент включили свет».

«Неудобно вышло, — согласился я. — Но пусть поищет где-нибудь гербы и надписи. Мне нужно знать, к каким родам принадлежат разговаривающие со мной».

«Хорошо, — сказал Архос.

— Так-то лучше, — сказал я. — Что ж, продолжим. Я, став консорт-императором, должен буду протолкнуть законы, которые введут эфирников в правовое поле. Тут, в целом, всё понятно, а вы мне что предложите? Я так понимаю, любая сделка предполагает выгоду всех сторон, её заключающих.

— Вообще-то вам это тоже выгодно как эфирнику, — фыркнул человек слева.

— Не спорю, — согласился я. — Но сам-то я смогу прожить и без изменения законодательства, как вы считаете?

— Конечно, сможете, — сказала женщина, сидевшая прямо передо мной.

— Вот даже как, — проговорил я, склонив голову и задумавшись.

В их словах несомненно была истина.