Кодекс Рода. Книга 3

Тогда уточните, кто еще хочет перейти мой род, и при следующей встрече мы закончим инициацию, — мы пожали друг другу руки, и охранник побежал к остальным.

Я на всякий случай позвонил Олегу и объяснил, откуда взялся еще один труп.

— Такими темпами скоро у Алмазова совсем не останется людей, — усмехнулся он.

— И хорошо. Чище воздух, — я выключил мобилет и вернулся к Семену.

Возле него уже хлопотал лекарь и подливал в чай какую-то настойку.

— Здравствуйте, Роман Степанович. С вашим слугой все хорошо. Давление немного повышено, но это пройдет.

— Спасибо, Богдан. Кстати, как вы обустроились? Есть ли какие-нибудь пожелания?

— У меня все хорошо. Медикаментов и артефактов не хватает, но я уже написал список Клавдии Борисовне.

Когда Семену стало лучше, мы засобирались в обратный путь. Управляющая проводила нас до портала и заверила, что присмотрит за оставшимися охранниками.

— На всякий случай возьмите еще пятерых охранников. Со временем я буду увеличивать штат и набирать добровольных работников на рудник, поэтому они должны чувствовать себя в безопасности.

— Хорошо, поняла, — кивнула она.

Мы попрощались и вошли в портал. Семен всю обратную дорогу был молчалив, хотя раньше не упускал возможности поболтать с таксистом.

Я уже жалел, что втянул его в это. Ведь он снова чуть не пострадал из-за меня. Хотя нет, из-за Алмазова. Это его подручный хотел навредить моему слуге.

Когда мы зашли домой, Семен быстро переоделся и пошел на кухню готовить ужин.

— Ваше Сиятельство, что приготовить говяжью вырезку или семгу? — показался в дверях гостиной озадаченный Семен.

— Решай сам. Мне все равно, — отмахнулся я и снова уставился на горящие полешки в камине.

Я думал о том, как разыскать Алмазова. Ведь если он поставил на всех приближенных ментальные блоки, то «языка» взять не получится. Вернее будет бесполезно. Едва он откроет рот, как тут же умрет.

В это время раздался стук в дверь, и я пошел открывать.

— Здорова, сосед! — весело поприветствовал меня Егор и отошел, пропуская вперед отца.

Его отец чем-то напоминал моего: такой же высокий, плечистый и седой. Только у отца Егора были сурово поджатые губы и надменный взгляд.

— Здравствуйте, Роман. Меня зовут Кедров Платон Андреевич, — поздоровался он и протянул руку.