Время орка

Но более всего Эдуард сердился на самого себя, на свою неспособность что-либо изменить.

Вдруг он услышал в темноте нечто. Призрачное эхо звука не громче мышиного шага. Почувствовал еле заметное колебание воздуха. Эдуард было решил, что это снова забавляются предвестники его крепчающего сумасшествия. Быть может, в этот раз он окончательно свихнётся, поставив таким образом жирную точку в той безнадёжной драме, в которую превратилась теперь его жизнь? Однако безумие не спешило. В тоннеле послышались какая-то вполне реальная возня, сопение и сдавленная ругань.

– Эй, что там происходит? – спросил Эдуард, с которого мгновенно слетели остатки сна.

Вместо ответа из темноты раздался приглушённый, булькающий стон, и Эдуарда прошиб ледяной озноб, налетевший на него, как дыхание зимы. В тоннеле кто-то умер. Он словно почувствовал это своим нутром.

– Уолтер? – позвал он, но пустота впереди него внезапно превратилась в сильные, горячие руки. Они схватили его, повалив на балки, а в горло уткнулась острая холодная сталь, пресекая любые попытки к сопротивлению.

– Уолтер не ответит, – произнесла тьма голосом татуированного заключённого. – А теперь скажи мне, Эд... или Эдуард, кто ты такой и зачем к тебе подослали лунного брата?

– Лунного брата? Я не…

– Ты плохо меня расслышал, Эдуард?

Стальное жало стало медленно погружаться в шею, и юноше понадобилось всё своё самообладание, чтобы не запаниковать.

– Я – Эдуард. Эдуард Колдридж.

Острие прекратило своё смертоносное движение.

– Колдридж? – В голосе южанина звучало лёгкое удивление. – В смысле тот самый Колдридж?

– Тот самый, – нехотя подтвердил Эдуард. Испуг в нём стремительно превращался в ярость.

– Солисово пекло!

Заточка исчезла, оставив на горле Эдуарда неглубокую, но болезненную ранку. Когда южанин ослабил хватку, юноша с силой оттолкнул его и запоздало вскинул руки, обороняясь. Подчинившееся инстинктам тело сделало это самостоятельно, не слушая того, что говорил ему разум.

– Да не нервничай ты так, – насмешливо успокоил его сокамерник.

– Ты… – Эдуард попытался взять себя в руки. – Ты сказал что-то про «лунного брата»?

– Ага. Звать Уолтом, если это его настоящее имя, в чём я, мать твою, очень сильно сомневаюсь. Интересовался, как тебя зовут, помнишь? 

– Уолтер?

– Ну да, воспитанный такой, приветливый, дружелюбный парень. Крался к тебе в темноте с киркой в руках.