Время орка

Ты не можешь сказать мне?

– Я могу показать её тебе.

– Я готов.

– Тогда надень мой шлем, и ты поймёшь.

Сияние глаз потухло. Голова легионера вновь бессильно упала на грудь.

Ступив в свет, Эдуард протянул руку, прикоснувшись к холодному пыльному металлу. От него почти ощутимо веяло прошедшими веками. Ухватившись за острые выступы, напоминавшие зубцы короны, юноша потянул шлем к себе.

К ногам упало что-то округлое, покатившись по полу. Опустив глаза, Эдуард вздрогнул. Это был череп. Внутри древних доспехов не было ничего, кроме старых костей.

Отступать было некуда. Эдуард поднял шлем легионера, водрузив его на голову.

Древний храм исчез, будто его и не было вовсе. Сознание юноши пронзили картины далёкого прошлого. Они были столь же ясными, как вчерашние воспоминания. Он видел лица этих людей, слышал их голоса, чувствовал их страсти, их боль. Чужие воспоминания хлынули через него, как вода, наполнившая русло высохшей реки. Он не просто наблюдал за ними. Он был ими.

Эдуарду предстали величественные города Древних так, будто он видел их своими глазами. Боль и смерть бесчисленных людей окружали его. Отчаяние рабов. Безразличие, застывшее в серых глазах безжалостных надзирателей, знамёна которых поразительно напоминали королевский герб Серокрылов. Далёкие, недосягаемые фигуры хозяев возвышались над миром страданий и смиренной покорности. Эдуард не видел их лиц, но был уверен в том, что они… смеялись. Смеялись, пока Чёрный легион не стёр улыбки с их прекрасных, надменных лиц.

Простой человек не может сражаться с Древними. Они сильнее. Они умнее. Они красивее. Они лучше во всём. Легионеры знали, что победа невозможна, а потому с готовностью отдали за неё всё, что могли.

Правда открылась Эдуарду, а где была правда, там была и ложь. Обман столь чудовищный, что когда-то он заставил Натаниэля Колдриджа взяться за оружие и пойти против самого короля. Теперь наследник безумного графа понял это.

Он нашёл то, что искал.

* * *

Они сошлись в яростном поединке. Два человека в объятиях воющего ветра, взметавшего в воздух облака колючих песчинок.

Пустынник был невероятно хорош. Лёгкое лезвие его изогнутого меча двигалось так быстро, что было почти невидимым. Несмотря на это, Ярви умудрялся парировать его атаки при помощи одного-единственного ножа.

– Ведь ты не просто преступник, дахил! – усмехался К’Халим, тесня его к скале.