Время орка

Немыслимо. Всё равно что увидеть кусок льда, лежащий посреди пылающего очага.

Эдуард сразу узнал эту броню, потому что видел её в своих кошмарах. Чёрная воронёная сталь, покрытая слоем пыли. Её жёсткие грани украшала россыпь причудливых символов, напоминавших буквы неведомого языка. Это была броня Чёрного легиона. Перед Эдуардом, в самом сердце древнего святилища, сидел проклятый легионер.

– Не может этого… – прошептал Эдуард, пятясь.

Голова легионера поднялась одним резким движением. В глубине чёрного шлема загорелись глаза, похожие на две пронзительно холодных звезды.

– быть – закончил за него гулкий призрачный голос.

* * *

– Так, значит, вы бежали вместе? – поинтересовался К’Халим, поправляя седельные ремни своего верблюда.

– Может, и вместе, – уклонился Ярви, ковыряясь ножом в ногтях. – Тебе какое дело?

– Да так… – пустынник выглядел, словно в этом мире его интересовало только седло, – хочу понять, как ты заставил его поверить себе.

– Не понял? – Голос вора стал гораздо холоднее.

– Зачем ты следуешь за ним?

– Ну, знаешь, – усмехнулся Ярви, – таким, как я, податься-то особо некуда.

– Прости, дахил. – На губах пустынника появилась такая же фальшивая улыбка. – Я скажу по-другому: зачем ты следуешь за ним на самом деле?

– Зачем, зачем…– Ярви овладела его обычная бандитская лихость. – Чего привязался? Приглянулся тебе, что ли?

Сверкнул изогнутый меч. Описав в воздухе стремительную дугу, он обрушился на вора. 

Атака была внезапной, но ей не удалось достигнуть цели.

– Ты скажешь мне это, дахил, – жестко произнёс К’Халим, крепко сжимая рукоятку меча. – Скажешь или умрёшь.

* * *

– Кто… – Эдуард не мог оторваться от сияния холодных глаз. – Кто… ты?

– Лишь тень.

Его голос был похож на эхо. Краешком балансировавшего на краю безумия сознания Эдуард понимал, что с ним говорит не человек. Уже не человек.

– Тень?

– Тень былого.

– Ты был легионером?

– Был.

– Что ты делаешь здесь?

– Жду.

– Ждёшь? Чего?

– Тебя.

– Меня? – Эдуард опешил. – Я всего лишь иду по следам своего отца.

– Он был здесь.

– Зачем? Что он искал?

– Истину.

– И ты открыл ему её?

– Да.

Эдуард понял, что нашёл её. Точку поворота своей судьбы. Точку поворота судьбы своего отца.

– Я тоже хочу её знать, – медленно сказал юноша. – Расскажи мне.

– Слова не имеют значения. Только память имеет значение.

– Я не понимаю.