Старый рыцарь

— Что-то не видел я эту силу, о которой вы говорите, но зато видел другую. Вот она страшна. Так страшна, что леденеет душа. Она приходит иногда ко мне во снах, и наяву тоже.

— Все познается в сравнении, — голос оторна снова стал строже. Фолкмар догадался, что белое пламя испепеляет последние остатки добра в его крови, — Настанут времена, когда люди будут платить монеты за то, чтобы испытать ужас. Дикая радость души. Повозки будут летать по небу, стальные драконы достигнут звезд на небесах в поисках богов. Когда порвется ткань бытия, меня призовет туда Воин, и я не посмею отказать ему, — оторн замолчал, о чем-то задумавшись, а потом взглянул на лунный профиль Фолкмара.

— Вы благословили того, кого из седла выбил пеший, а моего Дуга не захотели. А ведь он дельный мальчишка.

«Да, он еще и вор, но ведь и воровал он хорошо, стремительно и ловко, как ласка. И головой не дурак».

— Благословление — всего лишь надежда, а не обязанность.

— Но вы сказали, что совершите ему помазание, — не без обиды в голосе проворчал Фолкмар, теперь уж точно собираясь уйти, — А его выбил из седла пеший…

— Я сказал, что совершу помазание, когда наступит лето, — строго ответил оторн, — Но ведь лето может и не наступить.

За спиной Каллахана треснули ветки — это старый рыцарь уходил, не откланявшись.

— Сир Фолкмар, — окликнул его оторн, подождав, когда тот остановится на мгновение, чтобы услышать, — Вы не угодите Безумному.

Когда Фолкмар вернулся, Дуг сидел около пленников, развесив уши. Теперь на нем так же играли рыжие отблески, волосы его казались почти красными.

— …потому что все бабы шлюхи, а шлюхи находят тех, кто платит за их жизнь. У мужчин нет щели между ног, поэтому путь у них другой, — Сильвер нашел благодарные молодые уши, стараясь воспитать еще одного перед смертью. — Мы добываем себе хлеб потом и кровью. Нужно уметь бить, а когда нужно, еще и бегать.

— Не забивай Дугу голову, — осадил его Фолкмар, выплыв из тьмы, — Ты-то, видно, бегать не научился. Чего учишь тому, чего сам не умеешь?

— Ты забыл? У меня кобыла сдохла.

— Ну раз не можешь, нечего и начинать, — Фолкмар подошел к пленникам, проверив перед сном веревки, хотя особо и не надеялся уснуть. — Тебе лучше помолчать. Устал я сегодня от разговоров, да и башка твоя целее будет.

Правильно поняв совет старого рыцаря, Сильвер замолчал.