Третий слева

– Понимаешь, – мне отчаянно не хватало слов. Оказывается, быть преступником – не такая уже и легкая работа, как многие думают.

– Послушай, Грант, ты мне приятен как человек, и как стражник тоже, что уже немало. Так давай сойдемся на том: ты оступился, получил дельный совет от старины Румфоса и вернулся обратно к честной жизни.

Я кивнул, забрал книгу и пристыженный вышел наружу. Будем надеяться, у остальных дела с переговорами обстоят куда лучше. На улице не сразу понял, что Сэмса нет рядом. Обеспокоено завертел головой, не обнаружив парня, поспешил в сторону проулка, откуда выходили дамочки.

– Стоять! – гаркнул я, но это лишь прибавило скорости злосчастной троице. Сорвался на бег и нагнал их ровно в момент поворота за угол. Выскочив в узкий проулок, снова закричал. – Стоять! Сэмс из Рода Колмов, какого Безза ты творишь? – парень съёжился, подернул штаны и даже оттолкнул одну из шлюх. Девица к этому времени зачем-то стягивала со скромняги бриджи.

– Простите, сержант, – пролепетал он, отступая мне за спину, – я говорил им, что не хочу, но они меня не слушали. А я не могу ударить женщину или еще как-то применить силу.

– Сержант, твою налево да поперек живота, у мальчонки выходной, и вы не при ошейниках. Так что дай ему развлечься, – бойко подбоченившись, заговорила чернявая шлюха. – С такими друзьями ты, парень, так и помрёшь девственником.

– Потому что так и не поймешь, с какой стороны к жене подступиться.

Вступать в перепалку с этими языкастыми стервами равносильно приговору. Как опытный мечник каждый день оттачивает мастерство махания мечом, так они – владения языком. На любой твой словесный выпад у них было пять-шесть заготовок.

Одарив девиц злобным взглядом, я толкнул растерянного Сэмса в бок, направляя его на оживлённую улицу. Войдя в общий поток людей, я спросил парня:

– Кхм может, я того зря пришел, и тебе действительно надо было… – мне подумалось, что навязывать свои моральные принципы другим, не спросив мнения, как-то грубо.

– Да нет, что ты. Я просто не знал, как от них избавиться. Я так воспитан – нельзя применять силу к женщинам, никак нельзя. Ну, если, конечно, нет прямого приказа.

– Ситуация, – проговорил я, обходя столпившихся докеров.

– И это, – заговорил парень, стоило нам снова поравняться, – я не девственник.