Восстание Магов. Новые крылья надежды

Огромные корни начали вздымать огромный пласт поверхности арены, грозя обрушить этот пласт земли и камня на любого неумелого мага, что не успеет выйти из радиуса поражения этой атаки!

Жан, отлично понимая, что не сумеет это сделать даже используя созданные им ледяные магические коньки (что обращали всё под его ногами в поверхность ледяного катка). А потому он создал массивные по размерам копье и щит изо льда и буквально атаковал ими ту лавину, что стремилась обрушиться на него. После того, как он сумел пробиться насквозь, то заметил, что на пораженной этим заклинанием части арены осталось лишь пять магов:

— «Виновник сего грозного природного торжества, Лукас — маг Древа рождения; ученик номер один академии и маг нитей — Альфонсо; я, маг льда из семьи Блэкхарт; а еще.

..» — начал пересчитывать у себя в голове всех магов Белого Льва Жан.

— Гордыня собственной персоной! — будто читая его мысли, появился прямо из воздуха еще один претендент.

— Конечно же! Как я мог забыть главный позор всей академии, Гордыню из Смертных Грехов! — еле сдерживая подобную раскату грома среди ясного неба атаку ногой юного греха, скрежетал зубами Жан.

Так и не сумев окончательно нивелировать сокрушающую силу этого пинка, Жан вынужден был проскользить чуть ли не до самого края арены. Однако, только завидев, что его оппонент уже стремиться нанести очередной удар, он поднял свой щит и понёсся вперёд, дабы переломить ход этой схватки! Ему хоть и удалось умело заблокировать грядущую атаку громового кулака Гордыни, но стоило ему замахнуться копьем, дабы нанести ответный удар, как его уже и след простыл.

На одном лишь чутье определив, что грех каким-то образом переместился ему в этот момент за спину, он сумел перевести замах в широкий круговой удар и заставить оппонента набрать дистанцию. Следом за его ударом вокруг него также появилось кольцо из холодных шипов, что дало Жану момент на передышку.

Или так он думал. Ибо и мгновения не прошло, как Гордыня объявился прямо над его головой, уже готовый одним ударом впечатать его в землю:

— Громовой раскат крушащего кулака! —лишь расслышал нелепое название этого приема Жан, успев в последний момент выскочить из своего же ледяного кольца.

Естественно те колья, что его составляли, от этого удара разлетелись в разные стороны, отчего у Гордыни больше не было никаких препятствий, дабы снова не начать прессинг своего оппонента. Но и тут Жан не мог позволить столь скоростному сопернику перехватить инициативу.